Кто-то всё равно будет об этом думать, даже если другие считают, что ему не нужно об этом думать. И по факту, избегая таких консерв, он будет заниматься биохакингом. А если у него будет медиа-площадка, он об этом сообщит. Хотите вы этого или нет.

И вот что важно. В отличие от надписи на заборе, он всё ещё опирается на науку, всё ещё имеет последовательную эпистемологию, всё ещё претендует на высокую степень доказательности и всё ещё ставит себя в оппозицию случайному мнению. Это невозможно игнорировать, и делать вид, что это не так - глупо.

Поэтому с биохакингом не нужно бороться. Его необходимо поместить в рамки. Сделать его понятным.

Высокая степень неопределённости этой сферы знаний заставляет особо неаккуратных критиков, в попытке отравить колодец, называть биохакингом вообще всё: и смотрение на солнце для получения дополнительной энергии, и нелегальные медицинские вмешательства запрещённых препаратов условными бодибилдерами, и даже совершенно бытовые странные советы условной бабушки Агафьи.

Я говорю: нет.

Биохакинг, будучи дисциплиной, отличной от медицины, не должен тривиализироваться до уровня кухонных разговоров. Он никуда от этого не исчезнет. Лучшее, что мы можем сделать - это вывести его из тени и наградить статусом легитимной интеллектуальной сферы. Так и только так простой человек сможет оценить качество отдельного совета.

Выражаясь ещё более точно, биохакинг — это органичная попытка, свойственная любому мыслящему агенту, перенести логику рационального выбора и самонаблюдения в сферу, где официальные системы действуют медленно или неэффективно.

Со стороны же биохакеров тоже должны быть сделаны шаги. Если они желают сохранить свою интеллектуальную легитимность, то обязаны признать, что свобода слова - это необходимое, но всё-таки недостаточное условие для реализации их проекта.

Нужно развивать свой язык, структуру авторитетов, внятную шкалу интерпретации данных и жёсткую гигиену высказываний. Только так получится не впадать в заблуждение, которое активно пытается проецировать мир особенно громко высказывающихся "достоверных учёных", презентующих биохакинг как анти-медицину.

———

Здесь мы сталкиваемся с более серьёзным вопросом, чем кажется на первый взгляд. Речь хотят объявить нелегитимной только потому что она по ассоциации кому-то что-то напоминает.

Пока что такого рода снобизм я наблюдал только от медиков и биологов, как будто их сфера деятельности настолько сложна, что понять её может только человек с узким образованием.

Философы, экономисты, математики и даже физики не демонстрируют той же степени ресентимента. Когда у вас возникает размышление о метафизике сознания и вы высказываете аргумент, который был опровергнут Витгенштейном сто лет назад, философы не срываются сместа брызжа слюной в попытке доказать, что вы прочитали не всю тысячу томов философской литературы прежде чем высказываться по теме. Несмотря на то, что вопрос смысла жизни, безусловно, важнее, чем вопрос орехов в рационе и, без сомнения, по цепочке даёт намного более радикальное изменение качества и количества жизни. И даже несмотря на то, что смена философских парадигм, как мы знаем, случается существенно реже, чем мнения медицинских организаций по разным вопросам.

В конечном счёте, проблема биохакинга - это вопрос свободы слова. Если мы хотим упорядочить речь, необходимо сделать его "понятным". Нужно не запихивать его всеми силами в узкие рамки медицины, объявляя всё остальное лишним, а обозначить, что он из себя представляет, по каким законам работает, что изучает, какие методы может использовать и какой рациональностью довольствуется.

Информационный мир современности требует от нас радикальной самостоятельности в принятии решений. И эта самостоятельность обязана опираться не на интуитивные лозунги пропагандистов, которые желают сохранить за собой монополию на речь, а на глубокое понимание структуры знаний и создание параллельных иерархий. Биохакерский разговор не отменяет актуальности и важности медицинской экспертизы, но заметно подчёркивает, что мы не можем на ней останавливаться.