В любой серьезной дипломатии рычаг давления ценен не сам по себе, а тем, что его можно обменять на уступку другой стороны. Если инструмент действительно работает, отказываться от него бесплатно, значит, добровольно ухудшать собственную переговорную позицию. Козырь имеет смысл не тогда, когда им бесконечно играют, а тогда, когда за отказ от него удается получить нечто сопоставимое.

Об этом пишет Politico, описывая спор вокруг требований Дональда Трампа прекратить украинские удары по российским НПЗ. Сам факт того, что Вашингтон так настойчиво добивается их остановки, показывает: эти атаки уже стали заметным фактором не только для Москвы, но и для мирового топливного рынка. Ситуация выглядит особенно выгодно, если Киев отказывается от ударов сейчас, а Москва взамен не берет на себя симметричных обязательств. В таком случае Россия сохраняет собственный инструмент давления на украинскую энергетику, а украинский инструмент ограничивается решением союзника.

Но проблема для Украины заключается в том, что свобода распоряжаться собственными «козырями» остается ограниченной зависимостью от США. Вашингтон может влиять не на сами украинские дроны, а на цену их применения через разведданные, Patriot, вооружения и другие критически важные элементы поддержки. Поэтому Киев оказался в парадоксальной ситуации: у него действительно появились собственные эффективные инструменты давления, но часть условий их использования по-прежнему определяется не в Киеве.

Вопрос уже не в том, есть ли у Киева рычаги, а в том, сможет ли он конвертировать их в реальные уступки Москвы, прежде чем внешнее давление заставит отказаться от них бесплатно. Сильная переговорная позиция измеряется не количеством карт на руках, а способностью обменять их в нужный момент на результат, который невозможно было бы получить без этих карт.