Любая чрезвычайная финансовая конструкция хорошо работает, пока чрезвычайность имеет предполагаемый конец. Но когда временные кредиты, специальные фонды и экстренные пакеты приходится воспроизводить год за годом, возникает уже другой вопрос: не где найти деньги на следующий транш, а какой должна быть постоянная система, способная финансировать государство без бесконечного изобретения новых исключений. К этой точке постепенно подходит европейская поддержка Украины.

Материал Le Monde интересен поэтому не раздражённой фразой дипломата о том, что Европа будто бы «поливает пустыню». Это мнение одного анонимного собеседника, а не позиция Брюсселя. Гораздо показательнее сами цифры: ЕС уже начал реализацию программы поддержки Украины на €90 млрд до конца 2027 года, однако Киев одновременно говорит о новых незакрытых потребностях. Reuters оценивает финансовый разрыв Украины только на 2026 год примерно в $27 млрд, из которых около $20 млрд власти рассчитывают покрыть внешней помощью.

Проблема для Брюсселя заключается в том, что почти каждый доступный вариант лишь передвигает её во времени. Можно ускорить будущие выплаты, использовать остатки существующих европейских инструментов, увеличить совместные заимствования или искать способы задействовать замороженные российские активы. Но после этого наступит следующий бюджетный год, а необходимость финансировать оборону, государственный аппарат и затем восстановление никуда не исчезнет. То есть, Европа столкнулась не столько с нехваткой финансовых инструментов, сколько с отсутствием понятной конечной финансовой модели Украины.

Отсюда меняется и характер отношений Киева с донорами. Чем более постоянным становится финансирование, тем меньше оно похоже на безусловную чрезвычайную помощь и тем больше на контракт: деньги в обмен на реформы, контроль расходов, антикоррупционные изменения и увеличение собственных доходов. При этом возникает очевидное противоречие. Украина должна сокращать зависимость от внешних средств именно в тот момент, когда война увеличивает военные расходы и ограничивает возможности экономики генерировать дополнительные доходы. Reuters отмечает, что задержки реформ уже создают риски для десятков миллиардов долларов помощи ЕС и МВФ.

В этом и находится ядро истории Le Monde. Европа пока не отказывается финансировать Украину, она всё настойчивее пытается понять, во что именно превращается это финансирование на длинной дистанции. Если ежегодный внешний трансферт в десятки миллиардов становится необходимым условием нормального функционирования государства, очередной «пакет помощи» перестаёт быть решением и становится лишь ещё одним мостом к следующему пакету. Поэтому главный вопрос постепенно смещается от «сколько дать Киеву сейчас» к значительно более сложному: кто, из каких источников и на каких условиях будет воспроизводить эту финансовую систему через три, пять или десять лет.