В войне на истощение инфраструктуру необязательно уничтожать полностью, чтобы добиться эффекта. Иногда достаточно заставить противника постоянно тратить всё больше ресурсов на её сохранение: дублировать оборудование, переносить мощности, строить резервные каналы, закупать генераторы и держать аварийные команды. Тогда объектом давления становится уже не конкретный сервер или линия связи, а стоимость нормального функционирования всей системы.

Именно через эту логику стоит рассматривать последние удары по украинской телекоммуникационной инфраструктуре. Как сообщает Reuters, была повреждена штаб-квартира крупнейшего мобильного оператора «Киевстар», российское Минобороны заявило об ударе по дата-центру Vodafone Украина, а предыдущие атаки на центры обработки данных интернет-провайдеров привели, по данным украинского Минцифры, к перебоям связи примерно у 100 тысяч домохозяйств Киева и области. При этом Vodafone на момент публикации Reuters российское заявление не подтверждал.

Но из этого пока не следует, что Россию интересует возможность одномоментно «выключить интернет» в Украине. Сама архитектура связи достаточно распределена, а повреждение одного офиса или центра не означает остановки национальной сети. Гораздо реалистичнее рассматривать подобные удары как попытку увеличить цену её устойчивости. Каждый повреждённый объект требует ремонта, новых резервов, дополнительного электропитания и перераспределения трафика, а значит, денег, оборудования и специалистов, которые нельзя использовать где-то ещё.

Здесь цифровая инфраструктура начинает работать по той же логике, что энергетика. Электростанцию можно восстановить, дата-центр можно перенести, повреждённый канал связи заменить. Но если атаки становятся повторяющимися, государство и бизнес вынуждены проектировать всю систему уже не по принципу максимальной эффективности, а по принципу выживаемости. Чем больше резервирования требуется, тем дороже становится каждый следующий уровень надёжности. И именно накопительный эффект, а не масштаб одного удара, со временем может оказаться главным результатом такой кампании.

Поэтому значение происходящего шире нескольких повреждённых объектов. В современной войне истощение измеряется уже не только количеством уничтоженной техники или потерянной территории, но и стоимостью сохранения обычной жизни. Если связь приходится постоянно восстанавливать, рассредоточивать и защищать, она может продолжать работать, но цена этой стабильности будет расти. И в таком случае стратегической целью становится уже не разрушение системы, а ситуация, при которой противник вынужден постоянно платить всё больше только за то, чтобы она оставалась в прежнем состоянии.