Я продвигаюсь всё дальше в познании войны и мир. События во втором томе несутся с неизбежностью поезда.
Если первый том был весь про 1805 год, здесь сперва 1806, потом 1807 очень кратенько и тут же 1809-й.
Событий настолько много...
Болконский сычует в поместье и помогает отцу руководить ополчением. Он переживает кризис среднего возраста, травму от смерти жены.
Безухова пользует во все дыхательные масонство. Первым делом Пьер поехал улучшать условия быта крестьян и освобождать. Управляющий просек, что перед ним лох. Было нетрудно. Надпись «лох» светится у молодого масона на лбу неоновым светом. По пути назад Пьер заехал к Болконскому и начал рассказывать, как это круто, жить ради других, что самопожертвование это хорошо.
Андрей выдаёт кодекс правильного эгоиста:
— Да как же жить для одного
себя? — разгорячаясь спросил Пьер. — А сын, а сестра, а отец?
— Да это всё тот же я, это не другие, — сказал князь Андрей, а другие, ближние, le prochain, как вы с княжной Марьей называете, это главный источник заблуждения и зла. Le prochain[56] это те, твои киевские мужики, которым ты хочешь сделать добро.
В итоге восторженный дурачок Пьер поехал к себе, а Болконский освободил крестьян в одной из саоих деревень без всяких понтов.
В 1809-м мрачный Болконский оказался у Ростовых, услышал, как девочка будит Соню, чтобы показать красивую Луну. Что-то щёлкнуло, он увидел дуб... Ну вы помните из школьной программы. Он ехал к Ростовым, дуб был мрачный старый. Ехал обратно, на дубе распустились листочки. Ну и он тоже расцвёл и поехал в Питер продвигать новые военные уставы. Там на него посмотрел, как на говно Аракчеев, а Сперанский взял в оборот.
Тем временем Ростовы никак не могут вылезти из долговой ямы, в которую их загнал Николай. Берг, решивший построить карьеру, продвигающийся в свете захотел взять замуж Веру. Но у Ростовых туго с деньгами. Старый граф долго думал, где родить приданное, пока его прямо не спросил Берг. Дескать, я вас избавляю от этой мегеры, где награда? И выбил 20 тысяч наликом и позже вексель на 80 тысяч. Честное слово, Николай мудак. Проиграть такие бабки...
Пьер подвизается в масонстве и единственный, кто скидывает деньги на общак. Его поставили главой питерской ложи, правда, он ничего не решает потому-что ну кто доверит лоху решать серьёзные вопросы? Лоха стригут. Вроде как Пьер начал понимать правила игры, но из секты выхода нет. Он поехал в Москву, где старый мастер нассал ему в уши и велел вести дневник.
На горизонте объявилась Элен. Перепробовав все европейакие... Ээээ... Будем считать, она пресытилась восхищением мужчин в Европе. Да, так. В общем, из-за того, что масоны засрали Безухову мозги, он простил свою гулящую жену и с гордостью, но некоторой болью надел рога куколда.
Кстати, нового любовника своей жены, Бориса
Борис Трубецкой оказался в доме Ростовых и увидел Наташу. Он перестал потрахивать Элен, ведь сердцу не прикажешь. Но, надо сказать, что Элен он потрахивал для укрепления нужных связей, ведь у Элен самый модный в столице салон. С каждой страницей страсти кипят всё сильнее и лишь граф Безухов в салоне своей жены чувствует себя неуютно. А ещё он видит эротические сны, в которых, как он считает отражена Песнь Песней. Тьфу. Я сразу понял, что сектантство до добра не доведёт. Тем более, с женой Пьер не спит. Ему стыдно с ней спать. Всему городу не стыдно, а ему стыдно. Такие дела.
Продолжение следует, надеюсь, не далее, как сегодня вечером