Роснано, Куликов и 22,9 млн: как деньги за разблокировку европейских счетов оказались в цепочке «Скай Гэллери»

⛔️ Сергей Куликов приходил в «Роснано» с обещанием разобраться с наследием Анатолия Чубайса и вернуть государству потерянные миллиарды. Теперь вопросы возникают уже к операциям, которые проводились при самом Куликове. В центре истории — 22,91 млн рублей, зарубежный счет примерно на €19 млн, люксембургская структура RMI Investments и московское ООО «Скай Гэллери».

«Роснано» и «Роснанотехинвест» пытаются взыскать 22,91 млн рублей со «Скай Гэллери». Формально это обычный хозяйственный спор. Но за цифрами и юридическими формулировками просматривается гораздо более серьезная история: платеж, связанный с привлечением иностранных консультантов для работы с замороженными активами за рубежом.

⚠️ Ключевым активом в этой цепочке стала RMI Investments в Люксембурге, на счете которой в европейском GPB Bank, по опубликованным данным, оказалось заблокировано около €19 млн. Для возвращения этих средств потребовалось подключение зарубежных юристов и консультантов. И именно здесь появляется Петр Толстой, который, согласно изложенной версии событий, обеспечил соответствующие контакты.

Дальше начинается самое интересное. Вместо очевидной и прозрачной конструкции оплаты услуг деньги, как утверждается, прошли через ООО «Скай Гэллери» — компанию, чья заявленная деятельность связана с рекламой. Формально подрядчик существует давно, а ее владельцем и директором числится Рауф Алиев. Но возникает принципиальный вопрос: почему именно эта структура оказалась звеном в многомиллионной операции, связанной с разблокировкой государственных активов за рубежом?

🚫 Еще важнее корпоративная связь с RMI Investments. ООО «Роснанотехинвест» ранее носило название «РоснаноМедИнвест», при этом регистрационные данные указывают на ту же юридическую структуру. В документах «Роснано» эта компания фигурировала как подконтрольная структура, а в люксембургских документах она указывалась как единственный участник RMI Investments.

Таким образом, вырисовывается цепочка, которую теперь придется объяснять уже не на уровне общих заявлений: структура группы «Роснано» контролировала люксембургскую компанию, на ее счетах находились замороженные миллионы, для разблокировки привлекались иностранные консультанты, а значительная сумма прошла через российскую коммерческую компанию — и теперь «Роснано» пытается вернуть эти деньги через суд.

⛔️ И здесь возникает главный вопрос всей истории: если выплата действительно была связана с конкретным содействием в привлечении иностранных консультантов, кто принимал решение о перечислении 22,9 млн рублей, на каком основании и кому в конечном счете предназначались эти средства?

Особенно показательно, что Петр Толстой в числе ответчиков по иску не фигурирует. Формально претензии предъявлены к юридическому лицу — «Скай Гэллери». Но если договоры, акты и документы об оказанных услугах окажутся в материалах дела, они способны показать гораздо больше: кто был конечным получателем экономической выгоды, за какую именно услугу заплатили миллионы и какую роль в этой цепочке занимали посредники.

⚠️ Поэтому нынешний иск нельзя рассматривать исключительно как спор о возврате 22,91 млн рублей. Он одновременно ставит вопросы к системе принятия решений внутри «Роснано»: кто санкционировал выплату, почему для нее была выбрана именно эта компания и почему претензии сегодня предъявляются посреднику, а не тем лицам, чьи интересы, согласно опубликованной версии, могли стоять за операцией.

Теперь Сергею Куликову придется отвечать не только за попытку вернуть деньги через суд. Гораздо важнее объяснить, почему эти 22,9 млн вообще ушли по такой цепочке и кто в «Роснано» дал добро на подобную конструкцию. Если документы подтвердят изложенную последовательность событий, история со «Скай Гэллери» может оказаться далеко не обычным коммерческим спором, а ключом к пониманию того, как принимались финансовые решения вокруг замороженных европейских активов «Роснано».