Проблемы в угольной отрасли напрямую бьют по строительной, и наоборот. Производители металлургического угля подняли цены на внутреннем рынке в октябре на 19,5–35,7%, до 9,5–15,3 тыс. руб. за тонну. Впрочем, сверхприбыли им это не принесет, в лучшем случае получится решить тактическую задачу и компенсировать рост себестоимости в Кузбассе на 10–15%. Издержки растут из-за удорожания дизеля, индексации зарплат и снижения доступности импортной техники. Рост тарифов РЖД усугубляет ситуацию. Впрочем, есть и позитивные моменты (во всяком случае с точки зрения российских компаний) — благодаря авариям на шахтах в китайской провинции Шаньси встали свыше 40 шахт мощностью более 45 млн тонн, что создало мировой дефицит, чем и воспользовались российские угольщики.

Здесь кроется главный парадокс: сталевары остаются основными покупателями угля, и для них сырье стремительно дорожает. При этом спрос на арматуру падает, а стоимость металлического проката на внутреннем рынке уже обрушилась более чем на 15%. На споте цена опустилась к 50 тыс. руб. за тонну. Металлурги теряют прибыль. Если строительный сектор продолжит сокращать закупки, угледобытчикам не поможет переориентация на экспорт. На мировом рынке у российского сырья много конкурентов, и продавать его придется с убыточным дисконтом. Как только котировки в Китае стабилизируются, отечественная продукция потеряет даже свои временные преимущества.

В итоге обе сферы попадают в жесткий кризис. Угольная отрасль рискует потерять внутреннего покупателя, а строители вынуждены закладывать новые издержки в стоимость жилья. Этот фактор еще сильнее снижает покупательскую способность россиян. Новостроек будет меньше, а сектор продолжит стагнировать. Разорвать этот замкнутый круг пока нечем. Ответственность за ситуацию несут министр энергетики Сергей Цивилев и вице-премьер Марат Хуснуллин, однако рабочих решений пока что нет.

@Preemnik