Выделяют несколько уровней понимания искусства:

1. Информативный. Какие сведения сообщают показываемые объекты. Что нам говорят декорации, костюмы, мимика актеров и т.д. Что они говорят об эпохе, месте, настроении…

2. Символический. Что символизируют показываемые объекты. Белая роза – эмблема печали, красная роза – эмблема любви.

3. Третий смысл. На него указывают только намеки, оттенки. Почему нельзя показать прямо этот (третий) смысл? Потому что это невозможно. Это обозначаемое без обозначающего.

Спасибо, Ролан Барт, все понятно. Мне очень понравилось читать твое эссе «Третий смысл». И вдруг он начинает приводить примеры. И становится не по себе. Становится жарко, становится плохо, весь мой интеллектуальный флер пропадает. Я же читаю философию, так не должно быть!

Ролан Барт начинает анализировать кадр, где на Ивана Грозного в одноименном фильме Эйзенштейна сыплют золото во время восшествия на престол. На информативном уровне мы видим изображаемую эпоху, отношению героев к происходящему. На символическом уровне мы понимаем смысл этого ритуала. Но есть что-то еще.

Есть третий смысл в этой сцене, о котором Ролан Барт только догадывается. В этом поливании золотом, в этом, буквально, золотом дожде чувствуется какой-то комментарий режиссера. Что же это может значить?

И тут, спустя годы, надо выделить еще один уровень понимания искусства – минус первый. Мемный. На мемном уровне зритель вычленяет что-то одно, только то, что может понять, и делает вычленимое главным, заставляет работать все произведение на этот мем. При этом из мемного понимания невозможно выбраться, и он выжигает все остальные уровни понимания. Мы оказываемся в пустыне смыслов, где обнаруживаем только мемные мемы.