3.

В одну из смен, когда я работал уборщиком в веганском кафе, главный повар — Денис, — который всегда был заботлив и открыт, но в этот раз особенно, — решил позадавать мне вопросы. Это были разные вопросы, которые в ином контексте, скорее, вызвали бы у меня раздражение, но тогда я почувствовал полную их уместность и с удовольствием отвечал: почему я ношу звезду Давида и что она значит для меня? Как я вообще отношусь к религии? Чувствую ли я себя одиноким? И (внезапно) уступаю ли я в транспорте места пожилым людям?

В одном из старых текстов я анализировал явление очереди не в её отчуждённом смысле, какой её видит Сартр как механистический не-контакт, а как демонстрацию онтологического плюрализма. Вот и каждая поездка на общественном транспорте составляет для меня экзистенциальное пари насчёт открытости или закрытости к миру...

Есть неписанное правило очереди: кто зашёл в автобус раньше, может сесть на свободное место — он действует в рамках закона. Но в рамках закона он может и превозмочь закон с помощью благодати — если пожелает уступить кому-то место

Благодать нельзя требовать, чем постоянно грешат многие люди. Не понимая, что тем самым они создают не—разумный мир, в котором совершенно непонятны правила и закон попирается

— Вот мелкий едет, никогда даже места не уступит, а девушка стоит, — бурчал в Екатеринбурге анонимный герой, адресуя свою речь даже не мне, а абстрактному das Mann'у. Алло, чувак, ты даже не ко мне обращаешься и видишь меня в первый раз, а уже делаешь какие-то выводы. Тебя вообще просила эта девушка заступаться?
Лучше я бы ответил, конечно, так, но всё же парировал иначе:
— Если кто-то хочет, чтобы ему уступили место, то он может не просто дожидаться, а попросить об этом.

Тот, кто начинает требовать благодать, с рабским ресентиментом и политическим инфантилизмом, уничтожает и благодать, и преступает закон. Благодать нельзя требовать, но о ней можно просить. «Отче Мой! если возможно, да минует Меня чаша сия; впрочем, не как Я хочу, но как Ты»