Батюшка Иоанн Бурдин как бы в продолжение темы цитирует Александра Ельчанинова, который отвечает на вопрос, как вообще возможна любовь к врагам. Среди прочего такие слова:
«...надо отказаться и от той точки зрения, что в человечестве есть два враждебных стана, две породы людей: праведные и грешные, предназначенные блаженству и обреченные гибели. Этого нет. Мы все грешны, все поражены первородным грехом, и за всех нас пострадал Господь.
Он - друг грешников. Он предостерегает считающих себя праведными, что мытари и блудницы впереди них идут в Царство Небесное. Ему дороги одинаково все, и это Ему принадлежит окончательный суд.
Вот почему непосредственно за словами Христа о любви идут слова о неосуждении: "Не судите, да не судимы будете" (Мф. 7:1). Не судите – вам легче будет тогда полюбить всякого, не судите – и у вас не будет врагов.
Смотрите на «врагов», как на больных одной с вами болезнью, как на погибающих. Оставьте точку зрения личного суда и станьте на точку зрения Божьего дела в мире. Вспомните, что добро должно победить окончательно и повсюду, ничего не оставив дьяволу».
Итак, мы все грешны, и нет в человечестве разделения на праведников и грешников... Но что мы слышали от самого отца Иоанна?
«А между тем именно это личное переживание присутствия Божия и есть для одних - мучение, для других - блаженство. Для одних - рай, для других - ад.
И праведники, и грешники одновременно пребывают в присутствии Божием. Но одними оно ощущается, как бесконечная радость, другими - как беспрерывное страдание. И Царство Небесное, и Ад мы несём внутри себя. Они становятся частью нашего «я».
То есть все-таки есть разделение, причем радикальное: одним – бесконечная радость, другим – беспрерывное страдание? Другое дело, «кто из человеков знает, что в человеке, кроме духа человеческого, живущего в нем?» Поэтому и не можем судить. А Бог может: он же знает. А мы зато можем подозревать в ближнем врага. Что мы успешно и делаем. И нисколько не преуспеваем в любви к врагам. Неопределенность и незнание, только усиливает подозрение и нелюбовь.
Хотя, что я говорю. Бог же тоже не судит, по мнению отца Иоанна:
«Бог не присуждает никого к вечным адским мукам. Ад вырастает изнутри нас, как следствие нашего выбора».
Ну помните, мы же сами себе и прокуроры, и палачи. А Бог что, он же врач, постольку поскольку грех это болезнь, ее надо лечить, а не судить и наказывать болящих. Но в процитированном отрывке из Александра Ельчанинова, мы видим и такую фразу:
«Ему дороги одинаково все, и это Ему принадлежит окончательный суд
»
Вы мне все дороги, я вас люблю, а потому буду судить, и некоторые пойдут в вечный ад.
А потом мы удивляемся, откуда такой людоедский цинизм: мол, русские убивают любя и без злобы. Ибо «добро должно победить окончательно и повсюду, ничего не оставив дьяволу». Кроме тех, кто пойдет к этому дьяволу в вечный ад.