Кстати, а те, кто "исследуют сахарные шарики" 👆, вообще могут называться учёными? Возьмем, например, недавний очередной рейтинг политологов, в котором, как обычно, почти нет самих политологов. Из сорока экспертов в выборке только у десяти есть научные публикации, которые мне удалось найти в РИНЦ. Если говорить о международных публикациях в более-менее приличных научных изданиях, то такие есть только у пятерых. А в итоговый топ-15 попали лишь трое из тех, кто формально может называться политологом, так как имеет опубликованные научные работы.

Конечно, всё дело в самоназвании "политолог", которым пользуются политические консультанты, аналитики и комментаторы. Точно так же профессию "социолог" узурпировали поллстеры - люди, которые просто изучают общественное мнение и проводят опросы. Именно по этой причине мой канал и называется "Политический учёный", - я уверен, что какая-то профессиональная отстройка нашему научному сообществу нужна. Но эта путаница в названиях лишь индикатор более значимых проблем.

Во-первых, получается, что академические политологи сильно проигрывают в медийности. Возможно, они на самом деле не так уж много могут сказать о современной политике и протекающих в ней процессах или знают много, но не могут рассказать об этом на доступном и интересном обывателю языке. Скорее всего, и то, и другое. О проблемах отечественной политической науки я здесь уже много писал и, конечно, буду возвращаться к ним не раз.

Во-вторых, сами журналисты выступают не только связующим звеном между экспертами и обществом, но и фильтром, который закрывает доступ одним и даёт его другим. И дело здесь не столько в ангажированности медиа, хотя и такое бывает. По моему опыту, в большинстве случаев это просто экономия усилий. Когда я был только-только защитившимся кандидатом наук, ко мне регулярно стали обращаться за комментарием представители разных СМИ. Сначала такое внимание льстило, и я с удовольствием отвечал на запросы. Постепенно мне надоело вникать в непрофильные для меня вопросы, и я стал отказываться от комментариев или перенаправлять журналистов к более сведущим в конкретном аспекте коллегам. В итоге, после большого числа подряд отказов с моей стороны ко мне обращаться почти перестали. Журналисту проще иметь пул экспертов, которые всегда готовы дать комментарий почти по любой теме, чем постоянно искать узкого академического специалиста.

Наконец, и само предложение, которое рождено спросом, тоже делает свой вклад в существующий дисбаланс. Учёные в большинстве своём дорожат академической репутацией и не высказываются на темы, в которых не чувствуют себя достаточно компетентными. В то же время медийные эксперты нередко оказываются мастерами на все руки и готовы дать комментарий на любую тему, с которой к ним обращаются журналисты. Более того, позиционируют они себя именно как политологи, что и создаёт соответствующие стереотипы о профессии.

Так постепенно размывается грань между наукой и ненаукой в общественном восприятии. Происходит это повсеместно почти во всём спектре академического знания: от фармакологии до общественных наук. А если академическое сообщество и дальше будет индифферентно к этой проблеме, будет только хуже. Об одном из следствий этой тенденции, если помните, я писал совсем недавно. #политология