Ряд дружественных каналов сделали репост материала Канала им. Гоббса о своеобразном диалоге Б. Латура и Д. Чакрабарти Conflicts of planetary proportions – a conversation. Стоит заметить, кстати, что это уже не первая публикация их дискуссий о современных глобальных проблемах человечества. Почитатели Б. Латура, я уверен, уже с ними знакомы, а если нет, то найти их можно здесь и здесь. Если кратко, то рассуждения приводят к выводу о том, что сочетание трёх глобальных процессов - дерегулирования, резкого роста неравенства и нежелания признавать климатические проблемы - ставит нас в очень сложное положение. Кроме того, одним из следствий его становится новый конфликт между элитами, которые не готовы выполнять взятые на себя обязательства, и массами, которые требуют эмансипации.

Но мой пост посвящён не поднятой теме, а восприятию Бруно Латура политологами, особенно молодыми, и проблеме кумиров в общественных науках. Мне понятен интерес к творчеству Б. Латура. Он действительно большой учёный и интеллектуал, и я уже не раз упоминал его в этом канале. Например, когда писал об исследованиях науки и технологии (STS) и рекомендовал к прочтению "Лабораторную жизнь" и "Пастеризацию Франции", или когда предлагал рассматривать "Социальную сеть" Д. Финчера через призму акторно-сетевой теории.

Однако я замечаю, что многие коллеги воспринимают Б. Латура как непререкаемого авторитета. И это лишь пример, иллюстрирующий значимую в социальных науках тенденцию, по крайней мере в России. Если вы пробовали поспорить с апологетами Австрийской экономической школы, утопического социализма или, допустим, политической теории феминизма, то, возможно, понимаете, о чём я. Если являетесь одним из вышеупомянутых, то, скорее всего, не понимаете. Сложность социума порождает многообразие подходов и концепций, основоположники которых становятся кумирами молодых неокрепших учёных умов. Риск того, что научная теория может стать идеологемой, очень реален: все мы знаем, как научные работы К. Маркса легли в основу политических программ, что в итоге привело к забвению политической экономии как науки на десятки лет. Причем происходит это совсем не по воле классиков, а, скорее, даже вопреки ей.

С Б. Латуром ситуация не так радикальна, но тоже заслуживает, на мой взгляд, внимания. Во-первых, уже не раз я слышал, как молодые коллеги (пока студенты и аспиранты), используют идеи из его последних работ в качестве уже верифицированного научного знания, хотя работы эти публицистические и дискуссионные. Мне представляется, что умозаключения Б. Латура, хотя и интересны и полезны сами по себе, страдают от недостатка общей логики аргументации. Я не случайно привёл выше ссылки на другие публикации его разговоров с Д. Чакрабарти - их не объединяет взаимная база причинности.

Во-вторых, я бы обратил внимание и на методологическую основу его работ, которая так нравится многим социологам и политологам. Мне кажется, слабым местом плоских онтологий является всё то же отсутствие общей теории причинности. Выявляя зависимости в конкретном кейсе учёный не может экстраполировать их на другие случаи, что сильно ограничивает объяснительную способность формулируемых выводов в общетеоретическом смысле. А, например, акторно-сетевую теорию я бы вообще назвал не исследовательской, а расследовательской методологией.

Наверное, про плоские онтологии в политических исследованиях нужно будет написать подробнее. Здесь же в заключение я хочу подчеркнуть, что моя критика ни в коем случае не направлена на опровержение тех или иных теорий. Я лишь напоминаю, что крайности в социальных науках чреваты политизацией, а многообразие и противоречивость подходов, а также харизма некоторых авторов сокращают дистанцию между крайностями на расстояние пары небольших шагов. #политология