Дом Наркомфина - для меня теперь не просто точка на карте Москвы. Удивительное место, наполненное трепетной заботой об истории, которую хранит каждый квадратный метр комплекса 🎞️
Оказывается, сюда можно прийти на экскурсию, подготовленную экскурсоводом Музея «Гараж» Жанной Севостьяновой совместно с внуком автора проекта Моисея Гинзбурга Алексеем Гинзбургом.
Кроме архитектуры конструктивизма, это памятник новой социальной концепции коллективизма, которую так и не удалось диссеминировать 🤷🏼♀️
Квартиры здесь - жилые ячейки, а не родовое гнездо. Коммунальный корпус должен был стать столовой, в которой могли встречаться жильцы. Но этого не случилось. Люди все равно забирали еду домой, в свою жилую ячейку. Этот советский индивидуализм существует до сих пор. По-прежнему мы ищем истоки русской индивидуации, пытаемся сформулировать коллективную идею, кристаллизировать во что-то единое наше многообразие и место каждого отдельно взятого гражданина в этом разнообразии. А некоторые мои соседи как были убеждены в том, что им все должны, а они могут курить и бросать бычки с балкона, так и продолжают это делать.
В отсутствии поддержки государства управляющие компании девелоперов воспитывают личную ответственность жителя за коллективную собственность дома, привлекая его на дворовые праздники и спортивные забеги. Жилые ячейки становятся все меньше, чтобы выгонять жильцов в общественные пространства, дворы - просторнее. Ритейл заменяет столовые, а девелоперы инвестируют в коворкинг и соседские центры. Получается, дело Гинзбурга живет.
