Орбан против Украины, но Венгрия — не вся: менее трети избирателей поддержали «антиукраинский» референдум

Премьер-министр Венгрии Виктор Орбан заявил, что 95% участников референдума, прошедшего в стране с 14 апреля, высказались против вступления Украины в Европейский союз. По его словам, речь идёт о 2 168 431 человеке. Однако на фоне почти восьмимиллионного электората страны эти цифры ставят под сомнение масштаб и легитимность «всенародной воли», на которую теперь ссылается правительство.

«От имени более чем двух миллионов венгров я скажу на саммите ЕС, что Венгрия не поддерживает вступление Украины в Европейский союз», — заявил Орбан. По его утверждению, в этих условиях саммит ЕС, проходящий 26–27 июня в Брюсселе, «не может принять реальных решений об интеграции Украины».

Однако от имени скольких именно венгров говорит премьер? Согласно данным избирательной комиссии, право голоса в стране имеют около 7,85 миллиона граждан. Это означает, что в референдуме приняло участие менее 28% электората — и лишь около четверти всех избирателей Венгрии выступили против вступления Украины в ЕС. Явка не просто не достигла порога, она осталась на уровне социологического замера, пусть и организованного с большой долей политической агитации.

Формально опрос не был обязательным к исполнению и не имел правовых последствий, но Орбан уже использует его как политическое оружие в переговорной игре в Брюсселе. Глава венгерского правительства продолжает курс на демонстративную фронду — как по отношению к Киеву, так и к большинству своих европейских партнёров. Ранее Будапешт блокировал ключевые инициативы ЕС по поддержке Украины, включая пакеты помощи и переговоры о членстве, добиваясь уступок по вопросам внутренней повестки — от прав венгерского меньшинства в Закарпатье до разморозки еврофондов.

Референдум с предсказуемым результатом стал, по сути, инструментом внутреннего политического маркетинга, призванным укрепить имидж Орбана как защитника национальных интересов. Но за пределами Венгрии вопрос остаётся открытым: можно ли считать «волей народа» мнение менее трети избирателей — особенно когда речь идёт о судьбе соседнего государства и стратегии всего континента?