Всю неделю погода в Сочи была великолепная, но в последние два дня начал накрапывать небольшой дождь. «Это Сочи плачет, что мы уезжаем» — с тяжелыми нотками сарказма сказал Максим Александрович, когда мы ранним воскресным утром сидели в его и Игоря Александровича номере и готовились к апелляции.

Олимпиада своей легкой походкой шла уже неделю, но меня не покидало ощущение, что проходила она мимо нас. Дела, которые остались в Москве никто не отменял, и в дни отдыха они приковывали виртуальными наручниками к ноутбуку, вынуждая оставаться в номере отеля, вместо привычных поездок с другими руководителями сборных на экскурсии к близлежащим красивым местам и достопримечательностям. Но ближе к вечеру, когда я спускался в лобби отеля, то я обязательно встречал коллег, которые возвращались с очередного выезда и за бокалом кьянти делились со мной своими впечатлениями от Скай-парка, Красной поляны, Парка южных культур, Сириуса и многого другого, что они успели посмотреть за это время в Сочи.

Наши гости были в восторге. Все до одного. И все, как один говорили, что им очень жаль, что так мало сборных смогли посмотреть это восхитительное место. От Европы приехали две сборных — Венгрии и Северной Македонии. Также самостоятельно приехали руководители сборных Словении и Сербии. Они не смогли убедить родителей своих учеников в том, что с их детьми ничего не случится и что в Сочи безопасно. Поэтому детям пришлось следить за олимпиадой через инстаграм тимлида Сборной Словении — Барбары — и сожалеть, что пришлось остаться дома.

Лидер сборной Сербии, высокий и седой мужчина, был явно счастлив оказаться в России. Три года назад он был единственным человеком, который публично высказался против отстранения нашей Сборной, когда это лоббировали некоторые наши западные партнеры. А теперь он во время перевода заданий просил меня говорить с ним по-русски и говорил, что «Красна Поляна… восторг!» и объяснял мне, что на сербском «красная» значит красивая. Я активно кивал и говорил, что у нас у этого слова есть такое же значение.

Крупный дядька примерно моего возраста из Коста-Рика с детским восторгом рассказывал мне про Скай-парк и горы. На той экскурсии он оставил всю наличку, что поменял в аэропорту. Его коллеги из латиноамериканских стран весело смеялись над ним и хлопали по плечу, приговаривая, что хоть они и оставили свою наличку при себе, но все же полностью его понимают.

Все как один говорили, что задания очень объемные и трудные. Это же подтвердили и результаты. Зная баллы наших ребят, я понимаю, что граница между серебром и золотом пролегла баллов на 20 ниже обычной отсечки. Страшно подумать, что было бы, если бы доехало обычное число стран и число медалей было бы больше. Есть ощущение, что для золота хватило бы и 50 баллов из 100.

Думаю, что это было одним из решающих факторов в итоговых результатах команды. Обычно наши дети теряют баллы на аккуратности и мучительно тяжело нагоняют тех участников, кто таких ошибок не делает, на эксперименте и сложных теоретических заданиях. Но в этом году видимо даже самые легкие задания, по-видимому, превысили критический уровень для ребят из сборных Индии или Тайваня и там, где раньше они имели преимущество его не случилось. Наши же дети, которые привыкли к тому, что задания на отборе на порядок сложнее самой олимпиады, буквально чувствовали себя как дома в этих условиях показали свой уровень, который всегда был высоким.