Из которой мы узнаем немного о контролируемом волшебстве
Было довольно душно. Ноги затекли, тело ныло, а мозг подсказывал, что надо бы постараться заснуть, но неконтролируемый выброс адреналина не давал этого сделать. Как и не давали это сделать раздававшиеся каждые 15 минут на моем телефоне звонки, которым каким-то чудом удавалась прорваться из Москвы в Питер несмотря на полностью обвалившуюся связь.
Мне звонила встревоженная Сашка, чтобы узнать надо ли брать билеты на Сапсан. Звонил Международный департамент МФТИ, чтобы уточнить какая обстановка и какие у нас дальнейшие планы. Звонил Сириус, чтобы понять как там наши гости. Звонили коллеги, чтобы просто понять как у нас там дела. Сквозь полудрему я каждый раз брал трубку, не переставая удивляться тому, сколько же людей не спит в Москве в 6 утра.
И только Валерий Павлович со свойственным только ему спокойствием не стал меня беспокоить в это раннее утро, ведь он понимал, что я никуда не денусь с
Всем, кто решил со мной поговорить в это пасмурное утро я отвечал одинаково. Что с нами все в порядке. Что мы все еще в самолете. Что прошло уже около пяти часов как мы приземлились в городе на Неве, и что Секретарь спит, а Президент недавно проснулся и с интересом наблюдает за происходящим. Что у нас нет никакой информации о том вылетим мы обратно в Шереметьево или нет, и если не вылетим, то неизвестно, когда коллеги получат свой багаж, который им необходим, ведь им на следующий день необходимо улетать домой. Поэтому брать билеты на сапсан рискованно. Что надо подумать о том, что программу надо будет скорректировать, а визиты в лаборатории МФТИ надо будет отложить до лучших времен. Дай Бог успеть приехать в Министерство.
Когда закончился последний звонок, я положил трубку и посмотрел на Эмела, который невозмутимо сидел в своем кресле и с интересом наблюдал за пассажирами самолета. Он повернулся ко мне и сказал, что его восхищает, что никто не ругается и не скандалит. Я ему ответил, что все понимают, что это достаточно неконструктивно и впереди нас ждет долгий день. На всякий случай я еще раз обрисовал ему ситуацию и сказал, что мы в Санкт Петербурге.
"Oh, Saint-Petersburg!" — сказал Эмел: "I have never been to St. Petersburg."
Меня восхитила его выдержка. Правда все указывало на то, что город он посмотрит из окошка иллюминатора. По крайней мере восход солнца мы увидели именно через него.