Про поколения

Как-то у Саши Васильева, голоса 90х, спросили почему у него все хиты такие грустные и депрессивные. Он сделал вид, что сильно удивился и попросил привести хотя бы один пример. В ответ он ожидаемо услышал спич про песню «Выхода нет». Лидер группы Сплин с этим тезисом категорически не согласился и возразил, что эту песню сделали грустной слушатели, прицепившись к одной строчке, не послушав всю песню в целом, которая на самом деле про безбашенную любовь между мужчиной и женщиной. Мол перед рассветом только один ключ можно повернуть и полететь, и выбора у этих двоих нет. И песня вообще-то об этом, но публика уцепилась за одну строчку и сделала из нее гимн Вселенской тоске.

Гимн 90х.

То время мне достаточно сложно анализировать, поскольку я был совсем ребенком и у меня осталось только общее ощущение, переданное мне в первую очередь старшими братом и сестрой, у которых юность пришлась именно на начало девяностых. Что особенно интересно, с братом у меня контакт всегда был лучше, но впечатление от того времени и портрет поколения ассоциируется именно с сестрой. Наверное потому, что Дима был стопроцентной контркультурой и находился далеко за пределами двух, а то и четырех сигма нормального распределения, и совсем не был похож на молодых людей его времени: целеустремленных, трудолюбивых и у которых на первом месте стоит материальная стабильность, которая, как им кажется, может дать им независимость. От чего именно, это уже совершенно другой вопрос. Как и вопрос о том, не попадает ли параллельно с этим поколение в какой-то другой капкан. Вопросы эти дискуссионные, бестолковые и довольно неблагодарные.

Как и вопрос о том, как именно выглядит то или иное поколение. Совершенно ясно, что это достаточно сложная и многопараметрическая задача. И мне, как физику, остается только выделить несколько основных факторов которые могут нам позволить визуализировать огрубленный, доведенный до уровня шаржа портрет поколения людей того или иного времени. И тут не надо быть семи пядей во лбу, чтобы прийти к банальному выводу, что таких факторов два.

1. Семья. А точнее то, в какое время росли наши старшие братья и сестры, родители, бабушки, дедушки и так далее. Ведь в каждом из нас эхом разносится то, что происходило на других ветвях нашего генеалогического древа, резонирует, отдает сильными вибрациями и формирует ценности, взгляды и смыслы. И если хотя бы немного прислушиваться к этому эху, то можно понять, что ты часто говоришь не столько своими словами, сколько словами своих родителей или кого постарше. При этом все настолько запутано, что уже не до конца понятно, где твоя речь, а где речь твоих предков.

2. Общая обстановка в стране во время детства и юности. В случае сильных потрясений сюда же можно добавить молодость. Было бы странным отрицать, что поколение Великой Отечественной Войны дало бы прикурить любому другому. Или что «Потерянное поколение», так сильно романтизированное на западе, отличается от людей из 70х. Точно также как и поколение, которое старше меня на 10 лет, чья юность пришлась как раз на разруху 90х и крах идеалов, будет отличаться от меня, человека, который начал хоть что-то понимать лишь в нулевые, который рос во времена, когда на фоне разрухи, гопоты, войны в Чечне, танков у Белого дома и слова «дефолт», которое я четко услышал летом 98го, начинали открываться все новые и новые возможности. Если угодно, то это время того самого рассвета, когда осталось лишь повернуть ключ, чтобы полететь и особого выхода у тебя нет. Ты или останешься там, где разруха, страх за стабильность и тяга к материальному, или начнешь жить новыми смыслами, постоянно держа руку на пульсе, подстраиваясь под все время изменяющийся вокруг тебя мир и будешь исходить из того, что у тебя все получится.

В крайнем случае нет.