Про радость

Сегодня мы видели дельфинов.

Первыми их заметил мальчик в двух шагах от меня. Он вытянул руку в сторону моря и громко прокричал: «Дельфины! Дельфины!». Шум волн и ветра были настолько сильными, что радостный возглас услышали только я и его друзья, которые плавали рядом с ним. Проследив взглядом направление, указанное мальчиком, я стал всматриваться в море, у которого в этот день было явно игривое настроение. На глубине за буйками крупные и неупорядоченные гребни сталкивались и переплетались друг с другом в каком-то только им понятном хаотичном танце, но все равно двигались в сторону берега, где уже сливались в одну большую теплую сине-зеленую волну, которая ласково накатывала на каменный пляж и словно одеялом накрывала собой всех тех, кто плавал на мелководье.

Я смотрел вдаль и некоторое время ничего не видел кроме солнечных бликов и небольших лодок, которые медленно уходили за горизонт. Но уже через мгновение, гладь воды разошлась и с веером брызг из-под нее вынырнуло гладкое, отражающее солнечные лучи, серебристое тело, спина которого была украшена красивым и крупным плавником. Дельфин плыл точно вдоль буйков там, где я плавал буквально за минуту до этого. Его прыжки были больше всего похожи на радугу, которая неожиданно появлялась, радовала всех, кто ее видел, но практически сразу же скрывалась под гладью воды, чтобы через пол минуты снова появится, но уже совершенно в другом месте. Дельфин очень быстро двигался в сторону Абхазии, и я понимал, что он вынырнет еще пять или шесть раз прежде, чем его плавник станет не отличим от гребней волн, которые продолжали свой хаотический танец. Я подозвал Лену и Толю, которые плескались у берега, по очереди взял их на руки и показал куда нужно смотреть, чтобы они смогли его увидеть. Толя, увидев два прыжка дельфина, побежала к маме, а ее звонкий голос бежал впереди нее, сообщая всем людям радостную новость, а Лена еще некоторое время смотрела в сторону Абхазии, пока жизнерадостное млекопитающее не стало неотличимо от волны.

Я вышел на берег, лег на полотенце рядом с Сашкой и Толей и закрыл глаза. Мое сознание заполнилось шумом прибоя, солнце массировало тело свои теплыми пульсирующими лучами, а легкий бриз охлаждал его, срывая с меня капли морской воды. Я лежал с закрытыми глазами и слушал. Нарастающие и затихающие удары косых волн о берег переплетались с шепотом ветра, хрустом гальки под ногами проходящих мимо людей, щебетанием Толи о дельфине и отголосками чужих разговоров. Перед глазами на экране век плавали светлые узоры из линий и ярких пятен, а теплый морской воздух аккуратно касался спины и плеч. Все звуки и ощущения переплетались между собой в разноцветный пульсирующий клубок частью которого стал и я. С каждым вдохом клубок медленно увеличивался в размерах и становился все ярче и ярче, наливаясь все новыми и новыми красками, уходя в оранжевый и красный оттенок пока не стал похож на большой и огненный солнечный шар, который неспеша двигался по дуге, уходящей за горизонт. Прошло время и шар с тихим всплеском коснулся моря и его краски медленно начали охлаждаться, а яркое небо уступило место сумеркам. Клубок снова расплелся на отдельные составные части, и я услышал слова Толи, которые она говорила Сашке.

- Интересно, вот дети, они же просто берут и радуются. Нам это очень легко делать, а взрослые так не могут. Они все время в телефоне, компьютере, работе, какими-то проблемами занимаются. И им все время что-то нужно для того, чтобы быть радостными. А нам, детям, нет. Мы просто рады и все.

Я улыбнулся и снова закрыл глаза.

Устами ребенка говорила истина.

Но именно сегодня я точно знал, что правда не только в этом, но еще и в том, что в каждом из нас живет тот самый ребенок, который всегда будет просто рад тому, что увидел дельфинов.