Вся эта суета ударила по мне сильнее, чем когда-либо. И тут отпуском не отделаешься. Первая неделя сентября прошла уже не через не могу. Она прошла через «не хочу». Я столкнулся с тем, с чем уже сто лет как не сталкивался (а может и не сталкивался никогда) – вопросом мотивации.

Впервые за много лет мне было все равно, кто выйдет к студентам ЛФИ на подмостки, которые я считаю по праву своими. Впервые мне было все равно, какая играет музыка и что она в себе несет. Впервые мне было безразлично на рабочие вопросы и я выполнял их просто хорошо. Впервые мне было абсолютно все равно, что скажут и что подумают.

И местами это даже хорошо. Но, что самое жуткое, это то, что мне было апатично все равно.

Для себя это я сформулировал как вопрос мотивации. Кто-то скажет, что это выгорание и, возможно, будет прав. Но я терпеть не могу этот термин. Я не композитор, не поэт и не писатель. Я человек, который никогда не шутит и рассказывает про физику. Дайте мне мотивацию, и я найду точку опоры. И переверну игру в очередной раз. Я это знаю точно.

А пока я фантазирую о переворотах, то надеюсь, что вы не забыли, что я стою около Аудиторного Корпуса, слушаю музыку и смотрю на машины, которые проезжают мимо меня. Я делаю музыку тише, чтобы слышать улицу и иду в сторону кофейни. «Большой американо с собой… Спасибо… Хорошего вечера».

Мотивация.

Сколько я себя помню, я хотел, чтобы команда, с которой мы создадим что-то потрясающее, как Кубок ЛФИ, была как семья.

Как табор.

И именно так я ее всегда и собирал. Меня не так сильно волновали профессиональные качества, сколько человеческие. И даже если эти качества мне порой не нравились, то я всегда искал способ их принять. Это все приводило к тому, что работа отнимала дополнительные силы. Ведь и правда порой проще с наемным работником, которые просто работает за зарплату. Вы попробуйте создать что-то стоящее с теми, кто нуждается в тебе или в ком-то другом. Это только кажется простым. Но с этим вы справитесь. Но вы попробуйте сделать это с теми, кто решил, что ты ему больше не нужен. И вот тут будет сложнее. И дальше лишь вопрос вашей любви к ним. Хватит ли ее? А если ее хватит, то хватит ли ее у тех, кто решил уйти? И хватит ли ее у тебя, чтобы дождаться?

Все это те вопросы, которые я себе задаю систематически с осени прошлого года. И чем дальше, тем меньше понимаю какой именно в моем случае правильный ответ.

А с этого лета я их задаю еще чаще. Горшенев не вывез без Князя. Пилот уже не тот после ухода Йорика. И таких примерно вагон и маленькая тележка.

Радует только то, что я не композитор, не поэт и не писатель. Я тот, кто никогда не шутит, рассказывает про физику и садится за руль со своим американо. А значит это не про меня.

Как говорил классик:

Ты читаешь хип-хоп, а не грабишь банки.
Если вокруг тебя дофига стволов это значит, ты гуляешь в парке