В какой-то момент этот клубок на полном ходу врезался в шкаф и столик на котором стояла эта хлебница со всеми чашками, которые тут же полетели вниз. Какие-то чашки разбились сразу же, какие-то попали под ноги неуправляемых детей и тут же разлетались на мелкие осколки. Я на это смотрел с легким приступом ужаса, так как понимал, что похоже и моя кружка в красный горох этого не переживет. И каково же было мое удивление и радость, когда из этой пульсирующей массы детей выкатилась моя белая кружка. Я цапнул ее прямо из-под ноги одного из детей буквально за секунду до того, как он ее должен был раздавить, отскочил в сторону и стал держаться от этого безумия подальше.

В этот же момент в класс влетела Нина Ивановна, наша учительница в младших классах. Сказать, что ее дети боялись — это, наверное, ничего не сказать. Это была классическая масштабная женщина учитель младших классов, которая доминировала над несчастными детьми. Ее мощный голос заполнил все пространство и дети, как обезьянки в присутствии удава, замерли как загипнотизированные. Нина Ивановна резко ворвалась в этот музей восковых фигур и стала раздавать ментальные тумаки всем, кто привел к этому весьма неутешительному результату. Я же стоял чуть в стороне и сжимал в руках свою белую кружку в красный горох.

И в какой-то момент она абсолютно неожиданно остановилась и перестала кричать. Посмотрела на детей, на осколки посуды... медленно, очень медленно повернулась в мою сторону и замерла. И я помню как сейчас все, что было дальше. Нина Ивановна смотрела точно на меня и мою кружку:

— ТЫ?!!! — сказала Нина Ивановна, ткнув в мою сторону пальцем — А ТЫ ЧЕГО СМОТРИШЬ????

И сказав это, она в два шага оказалась возле меня, вырвала у меня кружку из рук и с размаху разбила ее вдребезги о пол. Я помню, что в этот момент внутри у меня тоже что-то разбилось. Я смотрел на осколки своей белой чашки и как на некоторых из них угадывались части красных кружков. Она лежала на полу с останками других чашек и сделать с этим было ничего нельзя.

И я помню, что в голове в этот момент у меня звучал только одно слово: "Зачем?". Я этого просто не понимал. У меня не было гнева, злости, раздражения, возмущения. Я просто не понимал зачем этот большой и взрослый человек сделал это абсолютно иррациональное и непонятное действие. Даже если бы я в этом всем участвовал, то зачем было разбивать вдребезги мою вещь? Тем более удивительно это было для ребенка, который просто мимо проходил.

Когда меня забрали из школы, то меня накрыло. Обида и огорчение догнали меня. Было все. И слезы, и причитания, и переживания. Родители говорили, что найдут мне такую же кружку. Но это были 90е. Тогда не то что такую же, тогда даже похожую было не найти. И до конца 4го класса я ходил со стаканом в подстаканнике от РЖД.

И вот спустя лет 10 это проросло в то, что я не могу пройти мимо любой красивой кружки. Это началось еще в конце школы и начале университета и приобрело совсем странные масштабы в более взрослом возрасте.

С тех пор у меня осталась эта страсть к чашкам и умение задавать вопрос: "Зачем?". Я его все чаще и чаще задаю нашему образованию. Особенно начальной школе, где этот вопрос стоит особенно остро. Но жаль, что его задают дети и некоторые родители, а не учителя.

Но это совсем другая история.

П.С. Спасибо всем за поздравления. Всех люблю. Счастья, радости и чтобы ваши травмы вам давали только силы и желание двигаться вперед.

#мемуары #школа #лонгрид #история_про_чашки