В тот день я играл в компьютер в их офисе до посинения. А спустя лет 9 я приезжал на этот завод и проходил эту же проходную уже по пропуску, чтобы на каникулах работать в химической лаборатории. Да, я не учил как решаются олимпиадные задачи. Я пробовал замешивать порошки из оксида алюминия и иттрия. Смотрел, как они прессуются под высоким давлением и отжигаются в печах для керамики, которую изготавливали на ВМЗ. Я же пытался сделать лазерную керамику, которую тогда пытались сделать по всему миру. Возможно, я одним из первых людей в России замешивал наноразмерные порошки оксидов алюминия и иттрия для того, чтобы получить прозрачный образец, который потом можно было бы активировать ионом неодима. Да, у меня ничего тогда не получилось. Но я каждый день на летних каникулах вставал в 6 утра и ехал с родителями на завод, чтобы продолжать. И вот и выходит, что в физику я пришел не через олимпиады, а через то, что сейчас называют проектной деятельностью и которая есть в школе с первого класса.

И я точно знаю, что отношение к ней у людей, как минимум разное. Но точно не у меня. Когда-нибудь, когда команда будет готова заниматься олимпиадами от Отделения физики без столь пристального моего внимания, то я переключусь на проектную деятельность. Т.к. я знаю, что если с олимпиадным движением у нас все прям замечательно и поставлено на поток, то здесь не паханное поле. А я точно знаю, что надо сделать, чтобы проектная деятельность была классной.

Ну а пока я смотрю, как проекты пробует старшая дочь. И это очень странное, необычное и приятное чувство. Сегодня я ей первый раз что-то рассказывал также, как это делал когда-то мой отец. А она слушала столько, сколько могла. А могла слушать она недолго, т.к. ее переполняли эмоции и ей хотелось поделиться всем с младшей. А еще ей явно казалось, что время — это вязкая патока и мы занимаемся проектом уже час, хотя прошло от силы минут пять. И надо бежать, чтобы поделиться новым с Толей, т.к. мир вокруг большой и удивительный.