Россия в 2026-м — это уже почти классический случай империи на последней стадии распада, когда самые громкие заявления о величии и «зонах влияния» делает именно та часть элиты, которая лучше всех понимает, что зубов больше нет, а рычать всё ещё хочется.

Соловьёв, требующий новой «СВО» в Армении и обещающий «плевать на международное право» в Центральной Азии — это даже не пропаганда в обычном смысле. Это публичная демонстрация шизофренического разрыва между самоощущением и реальностью.

Когда человек, сидя в студии с видом на пустеющие склады боеприпасов и демографическую яму в 800–900 тысяч человек в год, всерьёз рассуждает о начале нескольких одновременных «спецопераций» в зоне, где у тебя нет ни денег, ни нормальных войск, ни лояльности местных элит — это истерика.

Самое смешное и одновременно трагичное — что эти самые «угрожаемые» страны ОДКБ (Армения, Казахстан, Киргизия, Таджикистан) прекрасно видят: человек, который грозит им «СВО», на самом деле сигнализирует обратное — «мы уже почти ничего не можем».

Это как если бы владелец разваливающегося бизнеса в последней стадии банкротства громко орал на улице, что завтра начнёт скупать офисные центры в центре города. Все понимают: он уже не покупатель. Он — продавец. И причём очень спешный.

Российский коллективный разум находится в состоянии тяжёлой шизофрении и пока они не будут в достаточной степени изолированы от остального мира (желательно — максимально жёсткими санитарными кордонами), они будкт продолжать производить таких вот Соловьёвых, для которых угроза «потери Центральной Азии» страшнее, чем реальный экономический коллапс внутри самой России.

Потому что признать реальность — значит признать конец. А этого российская позднесоветская психея пока позволить себе не может.

Поэтому будет рычать. 
Беззубо. 
Громко. 
И всё менее убедительно.