Если бы свет апрельского солнца можно было дистиллировать, то эфирное масло этого света пахло бы, как Neroli Oranger Matiere Premiere. Или нет. Апрельский свет — слишком нежная материя, чтобы подвергать ее паровой (как и молекулярной) дистилляции. Он слишком хрупок даже для сверхкритических растворителей, дающих самые изящные СО2-экстракты. Здесь нужен разве что анфлераж — один из самых древних, дорогих и трудоемких способов получить душу цветка. Только он подходит бледно-желтому золоту апрельского солнца.

Парфюмер Орельен Гишар сохранил этот свет, увязший в венчиках флердоранжа, чтобы сделать его частью духов. Он напитал им каждый аккорд, каждую связку, каждую секунду жизни композиции. И теперь этот свет тихо струится, хоть и не согревает ничего. Господи. Как же красиво. Как утонченно, дорого, спокойно и, что самое главное, живо. Какая чудовищная правдоподобность и детализация. Neroli Oranger — не духи. Это чистое колдовство, я клянусь. Аромат, способный одним небрежным, но отточенным движением переубедить любого, кто не любит нероли и апельсиновый цвет. Он — идеальное воплощение запаха живого флердоранжа. Как Carnal Flower Frederic Malle — туберозы.

Эталонная работа на тему апельсинового цвета, в которой нет ничего, кроме него. Но в конкретном случае больше ничего и не надо. Лишь бы этот нежный, робкий свет лил свою цветочную, свежую сладость, растворяя все тревоги и проблемы, вымывая их из сердца потоком бледного золота, заполняя освобожденное пространство тихой радостью.

(Это я копался а шкафу с образцами и случайно нашел семпл. Теперь мне нужен флакон, потому что And The World is Yours A Lab on Fire моему изменившемуся вкусу уже не подходит.)