Есть два вида материнской любви

Второй вы, возможно, почти не пробовали.

Эрих Фромм называл их «молоком» и «мёдом».
Молоко — это забота.
Накормлена. Одета. Обута. Вовремя забрана из сада. Проверены уроки. Собран рюкзак. Куплены лекарства. Решены бытовые вопросы.

Молоко говорит:
«Ты будешь жить».
И это огромная любовь. Огромный труд. Огромная ответственность.
Но у материнской любви есть ещё один этаж.
Мёд.

Это уже не про то, чтобы ребёнок просто выжил.
Это про:
«Как же хорошо, что ты есть».
«Как же мне радостно тебя видеть».
«Мне нравится быть рядом с тобой».
«Мне интересно, какая ты».
Не за пятёрки.
Не за удобство.
Не за послушание.
Не за то, что ты оправдываешь мои надежды.

Просто потому, что ты - ты.
Фромм писал, что для того, чтобы давать этот «мёд», матери недостаточно просто хорошо выполнять материнскую функцию. Ей самой необходим некоторый опыт радости жизни, внутренней наполненности, способности чувствовать: жизнь — не только то, что нужно выдержать.

И вот здесь у многих из нас начинается очень тихая история.
Наши матери часто умели давать молоко.
Потому что сами выросли в мире, где главным достижением было справиться.

Выжить.
Вынести.
Собрать.
Не расплакаться.
Не расслабляться раньше времени.
Сделать всё, что положено.
И они отдавали нам то, что имели.
Иногда — практически последнее.

Поэтому недополученный нами «мёд» не обязательно означает, что нас недостаточно любили.

Иногда человек просто не может передать дальше то, чего почти никогда не получал сам.
И тогда мы вырастаем удивительно функциональными.
Мы умеем работать.
Умеем заботиться.
Умеем быть полезными.
Умеем решать проблемы.
Умеем держать удар.
Умеем быть «молодцами».
А потом где-нибудь очень глубоко появляется странный, почти неприличный вопрос:
А я вообще умею жить?
Не справляться.
Не соответствовать.
Не быть хорошей.
Не заслуживать.
А ЖИтЬ.
Радоваться без причины.
Хотеть без оправдания.
Отдыхать до того, как упала.
Смотреть на что-то красивое и не превращать это немедленно в продуктивность.
Оставаться собой, даже когда от тебя ничего не требуется.
И самое важное для темы самоценности:
человек, получивший много «молока», но мало «мёда», может прекрасно знать, что о нём нужно заботиться, — и совершенно не чувствовать, что само его существование является ценностью.

Молоко помогло нам выжить.
А мёд — возможно, то, чему нам ещё предстоит научиться.
И да, его можно добавлять во взрослую жизнь.
Очень маленькими порциями.
Не потому, что с вами что-то не так.
А потому, что вы наконец начинаете давать себе не только то, без чего нельзя выжить.

Но и то, без чего трудно почувствовать:
как хорошо, что я есть.

Обняла! 🫂