дорога. часть 8/9

Я в Стамбуле, но не сильно этому рад. Осознал здесь свою бездомность. По бумагам у меня аж два дома, но мне страшно вернуться в каждый. Через три недели моя берлинская хата будет свободна, но я не уверен в том, что там мой дом. В Стамбуле много людей, мало вежливости и витающее в воздухе чувство тяжести. Хруст симита во рту туристов заглушает шум времени, превращаясь затем в белый шум на солнечном фоне. Каждым утром, просыпаясь наедине с самим собой в маленькой комнатке хостела, я раскрываю шторы и вижу, что солнце уже покраснело. Слышу шум проезжающих мимо машин, скрип соседних дверей из старого дерева, шаги этажом выше, смотрю на трещину в потолке и не знаю, кто я такой. Нет, мне уже не страшно, я просто кто-то другой, незнакомец, живущий в обличие призрака-полтергейста.

Последние дни хочется что-нибудь с собою сделать. Бесконечно слушаю на повторе Химеру и их альбом Zudwa, это самый лучший альбом за всё время существования русскоязычной музыки. Символично, что его записал человек, повесившийся в момент релиза, не успев его даже прослушать после сведения. Рэдт покончил с собой в 27 в одну ногу с Кобейном, Хендриксом и Башлачёвым. Может это и есть тот самый момент, когда все песни спеты. Жаль, что я не такой, и мой уход будет лишь камешком в океане статистики самоубийств.

Может податься на фронт, во имя добра разрушать те места, где родился и вырос. Наверное, моя гибель там будет полезнее, чем в петле или в асфальте под небоскрёбом. Считай, если успел собрать три фрага перед тем, как тебя настигнет мавик или арта, то это уже +2. Может проникнуть в тыл, зная курскую приграничную зону как свои пять пальцев, подрывать рельсы, опоры ЛЭП, запускать дроны к аэродромам и нефтебазам, сливать координаты рашистов, делать реальные вещи, пока белопальтошные либералы размышляют о том, как переубедить стадо бабушек. Быть может, я искуплю свою вину перед Гансом. Быть может, мой подвиг запомнят на двадцать четыре часа, пока в инстаграме не истекут сториз, а ленты тиктока не переключатся на новых героев.

Ооо, ооооо, зона! Ожидает на-пря-жён-но бес-прос-вет-ная.