Екатерина Шульман, Лекция "Как это пережить", 6 марта 2022

“Принятие правильных решений в неопределенных обстоятельствах становится буквально вопросом жизни и смерти. Чем это важнее, тем это труднее. Поэтому, прежде чем мы перейдем к нашей основной части, я бы хотела несколько слов сказать именно об этом.

Во-первых, хочется как можно убедительнее произнести уже звучавший тезис, что нельзя, опасно, опрометчиво принимать решения из точки паники.

С другой стороны, стало понятно, что эта точка паники – это не точка, это некоторое пространство, из которого трудно выйти, потому что оно никак не заканчивается. Мы идем в этой темной воде, она все выше и выше, и в общем, давайте будем откровенны, берега нам пока не видать. Поэтому этот тезис стоит как-то переформатировать и понять: как в присутствии паники (понятно, что от нее не денешься), принимать решения хотя бы с минимальной степенью адекватности.

Люди в ситуации перманентного страха, - а надо сказать, что к страху человек тоже привыкает, так что это становится новой нормой, этот фоновый шум, фоновый уровень тревожности, - люди в ситуации страха обычно выбирают одну из двух тактик, хотя некоторые умудряются сочетать и ту, и другую.

Некоторые люди, будучи напуганными, ищут утешения, и стараются подбирать информацию так, чтобы она у них складывалась в некую относительно безобидную непугающую картинку. Типа, ничего особенного не происходит. С этой тактикой все труднее и труднее, у нее есть еще одна, скажем так, нехорошая сестричка, и ее сейчас вы будете видеть довольно много, я бы тоже об этом хотела сказать, потому что тут есть от чего предостеречь.

Не самая нравственная, но одна из самых естественных реакций на страх - это присоединение к сильному. Реакция на агрессию - это присоединение к агрессору. Это даже необязательно “стокгольмский синдром” в его классическом виде, хотя это тоже вполне существующее психологическое явление, но даже если вам кажется, что вы напрямую опасностью не затронуты, вот вы живете, и что-то происходит, оно не прямо с вами происходит, оно происходит с кем-то другим, но вы чувствуете, что оно может вас затронуть. Вы начинаете бояться так сильно, что вам хочется прислониться к любому центру возможной защиты. Или по крайней мере, если защиты ждать особенно не от кого, то хотя бы вести себя так, чтобы вас не наказали, чтобы вот эта всеобщая угроза не коснулась бы вас. Вот это стремление сказать “я в домике, я на правильной стороне, я ничего не знаю, все так, как оно должно быть” - это, еще раз повторю, может быть не слишком благородно и даже не слишком разумно, - но это очень естественно. Это та реакция, которая очень видна. Я хочу вас об этом предупредить, для того, чтобы насколько вы способны быть терпимы к людям в страхе, настолько вы бы могли быть к ним терпимы.

Поверьте, то, что вам часто кажется голосом агрессии, какой-то злобы – это голос страха. В том числе, если этот голос исходит от ваших близких людей, то это страх за вас. Если вашим близким людям кажется, что вы занимаете неправильную, опасную позицию, которая может привести для вас к дурным последствиям, они таким удивительным способом пытаются вас защитить. То есть они пытаются вас срочно, за шкирку, перетащить на то, что им кажется каким-то безопасным островком. Для них в этот момент не существует нравственных соображений, или, по крайней мере, никаких иных нравственных соображений, кроме необходимости защитить себя и своего ребёнка, близкого человека.

Поймите это, услышьте вот этот голос страха, этот голос паники – не присоединяйтесь к нему, постарайтесь не впадать в ответную агрессию."

#24февраля