Самые откровенные разговоры у нас с Андреем происходят, признаюсь, в сауне. Он наплавается до изнеможения, хотя изнеможение у него наступить не может, просто никак не может, в крайнем случае просто свалится и заснет там, где стоял, а за секунду до этого будет бодр и весел... Так вот, наплавается до изнеможения, зайдет в сауну, попросит меня рассказать что-,нибудь про мою маму, свою бабушку, и сам расскажет свой сон.
В этом сне будет космос, обязательно будет космос. Будут сражения. Носятся метеориты, между ними носится Андрей, плохие обречены, они порой очень сильны, однако всегда где-то рядом Халк, если что. И время от времени мы с Дашей. Но нет, не всегда. И мы всегда на Земле. Впрочем, и она - поле битвы.
Так было и в субботний вечер. А утром Андрей собирался в детский театр на Кутузовском проспекте, но перед этим решил заехать в Центральный детский мир на Лубянке, потому что давно там не был, а главное - у него были два подарочных сертификата, страшно сказать, еще с самого дня рождения, который он справил именно в этом Детском мире, так что и теперь никакого выбора не было.
Андрей хорошо знал, за чем именно шел сюда. Нужна была железная дорога с динозаврами. Начало у него уже есть, но это как вторая часть Северомуйского тоннеля - без нее первая почти никому и не нужна.
И вот Андреич пришел в магазин, огляделся, зажмурился, открыл глаза - все сокровища на месте. К нему подошел добросердечный парень и спросил, чем помочь. Андрей обьяснил (про сертификаты - ни слова, это слишком личное). Консультант взял его за руку и повел в хранилища сокровищ. Я еле поспевал за ними.
И вдруг Андреич встал. И не было, как говорится, силы... Перед ним был Халк четырехметровой высоты в костюме инопланетянина, в маске инопланетянина, и значит, сам Инопланетянин...
Андреич стоял, смотрел на Халка, и я понимал, о чем он думает. Что сны сбываются. Что все они были вещими. Андреич не знал такого слова (а, может, и знал), но понимал же теперь, что надо было просто верить, как верил он. Боже, какой это был Халк.
Но Консультант тащил Андреича вперед. Консультант был одухотворен идеей найти продолжение железной дороги с динозавтрами - все, как ему обьяснили.
И они рванули с первого этажа, где этого не было, на третий, там у Консультанта была какая-то тайная комната (так я, по крайней мере, успел объяснить Андрею). И надо было видеть, как беспомощно, с какой вселенской, космической тоской Андреич оглядывался на Халка, не готовый к расставанию с ним, только обретя его в натуральную величину, о которой он все эти годы догадывался. На Халка, которого видел лишь во сне. Мы вернемся, обязательно вернемся мой мальчик, шептал и я уже сам не знаю, кому: то ли Андреичу, то ли Халку...
А третий этаж, надо отдать должное Консультанту, они перевернули просто вверх дном. Такого количества железных дорог не было, как говорится, во времена СССР.. Зверьки всех пород, в том числе, по-моему, из Красной книги, стояли по обочинам этих дорог, сидели в паровозах, регулировали движение... Не было только динозавров. А нужны были только динозавры.
И они их искали. И мы тоже.
Я-то сдался первым. Нет, я был не настолько ослеплен мыслью найти их. Признаться, я вообще не был ослеплен этой мыслью.
Я был ослеплен другой мыслью. Мы же собирались в детский театр, а он на Кутузовском проспекте, как мне сказали, а мы-то были внутри Садового и даже Бульварного. А я прочитал, что тут вот-вот начнется Московский марафон. И я понимал, что он направлен, устроен в первую очередь против нас, утренних автомобилистов, ищущих в Детском мире железную дорогу с динозаврами.
Короче, надо было выбираться отсюда.
Да как же отсюда выберешься, с отчаянием понимал я, если динозавры до сих пор не обнаружены... И даже Консультант на ходу теряет силы... И вот уже потерял...
А мы теряли веру. Это было, видимо, еще хуже.
Тут-то и разразился в Центральном детском мире крик. Смесь восторга, упоения и самоутвержденности. Кричал, конечно, Андреич. В руках он держал огромную коробку (но все же, как выяснилось, два подарочных сертификата, имевшихся у него, были
