«Всё мне позволительно, но не всё полезно; всё мне позволительно, но не всё назидает. Никто не ищи своего, но каждый пользы другого». Эти слова апостола Павла обращены к коринфянам - людям, которые только что вышли из язычества и ещё не умели пользоваться дарованной свободой. Они услышали благую весть о том, что Христос освободил их от языческих праздников и законов, и сделали вывод: теперь можно всё. Апостол не спорит с ними. Да, позволительно. Но тут же ставит рядом два слова, которые меняют всё: не всё полезно, не всё назидает. Свобода во Христе - это не вседозволенность, а зрелость. Это способность самому выбирать то, что созидает, а не разрушает.

Представьте что вас позвали в пост на день рождения люди, которые не говеют. На самом деле вы свободны - вы может есть все на столе, чтобы не обидеть именинника, который простодушно старался и наготовил угощений. Так поступал св. Иоанн Кронштадтский, кстати. Потому что пост для нас не безусловный закон, спасающий нас, а лишь инструмент в деле спасения. Но если рядом окажется немощный брат, для которого ваш поступок станет соблазном, то нужно отказаться - чтобы не сеять соблазн ради него. Это и есть - «ищи пользы ближнего», то есть не будь поводом к соблазну для людей.

Или другой пример: кто-то решил для себя не смотреть телевизор, не пить кофе, не отмечать светские праздники. Само по себе это неплохо, это может быть полезной практикой. Но если человек начинает осуждать всех, кто делает иначе, и считать себя выше - его правило превратилось в идола. Он снова под законом, только уже своего собственного сочинения. Апостол напоминает: всё мне позволительно, но если моё правило делает меня гордым и нетерпимым, оно не назидает.
Свобода - это когда ты можешь и соблюдать правило, и когда требуется - отступить от него ради любви, не чувствуя ни гордости, ни вины!

Второе, о чём пишет Павел, - это свобода не жить в тревоге. «Всё, что продаётся на торгу, ешьте без всякого исследования, для спокойствия совести; ибо Господня земля, и что наполняет её». В древности на рынках продавали мясо, которое до этого приносили в жертву языческим богам. Верующие боялись: а вдруг я осквернюсь? И апостол отвечает: не бойтесь. Не нужно жить в постоянной тревоге, проверяя всё на чистоту. Христианин свободен от суеверного страха. Мы видим это и сегодня: порой человек приходит на рынок, покупает мясо или выпечку у продавца, о вере которого ничего не знает, и тут же начинает терзаться: а вдруг это готовили с какими-то словами, а вдруг оно нечистое? Апостол говорит: ешь спокойно. Тревога здесь - не признак праведности, а признак недоверия Богу. Другой пример: некоторые верующие боятся покупать продукты с подозрительными символами, марками, надписями или штрихкодами. Начинается настоящая тревожность: а вдруг это как-то связано с отступлением от Бога? Апостол отвечает: не исследуй. Мир принадлежит Богу, и ты под благодатью, а не под подозрением.

И самое важное - это тревога личной совести. Бывает, человек сам себя загнал в постоянное самоедство: а вдруг я что-то не так сделал, а вдруг Бог отвернулся, а вдруг я уже не спасусь? Слова апостола Павла звучат как бальзам для души: христианин не должен жить в постоянном страхе, если нет явного греха - не выдумывайте его. Бог не хочет, чтобы мы жили в ужасе. Он хочет, чтобы мы жили в любви и доверии. В псалмах царь Давид писал об этом состоянии: «тамо убояшася страха, идеже не бе страх» - то есть не надо боятся там, где нет повода для страха.

Сегодня эти слова апостола звучат не менее актуально, чем две тысячи лет назад. Мы живём в мире, который кричит о свободе, но понимает её чаще всего как право делать что угодно. Но такая свобода быстро превращается в хаос и разрушение.

Короче говоря, христианская свобода иная, она не в том, чтобы не иметь границ, а в том, чтобы самому их ставить. Не в том, чтобы не замечать других, а в том, чтобы видеть их и уступать ради мира и любви к ближним. Не в том, чтобы жить в тревоге, а в том, чтобы доверять Богу и не быть рабом своих желаний, при этом не став рабом чужих ожиданий.

Доброе утро, родные люди!