Минприроды совместно с Минфином и Минэкономразвития должно было усовершенствовать модель управления в сфере охраны и использования ООПТ федерального значения и сохранения биоразнообразия. Нет сомнений, для заповедного департамента (чей директор Ирина Маканова давно хотела стать уже не «царицей», а «владычицей морскою») сие поручение стало счастливым лотерейным билетом.
Функционеры быстро нарисовали проект новой структуры, где заповедники и национальные парки курировал бы отдельный замминистра, который имел бы в подчинении аж три новых подразделения. Вместо существующего Департамента государственной политики и регулирования в сфере развития ООПТ предлагалось создать:
▪️ Департамент государственной политики и нормативно-правового регулирования в сфере ООПТ (регулирование на особо охраняемых природных территориях, а также в направлениях биоразнообразия и ответственного обращения с животными);
▪️ Департамент управления учреждениями (контроль и координация деятельности ФГБУ, которые управляют заповедниками и национальными парками);
▪️ Департамент лесных, земельных и имущественных отношений на ООПТ (полномочия по оказанию государственных услуг в заповедной сфере).
Чтобы новая структура появилась быстрее, госпожа Маканова предложила даже ликвидировать ФГБУ «Росзаповедцентр», перекинув его штатную численность в новые департаменты. Такой вариант не потребовал бы выделения дополнительного финансирования из федерального бюджета, сняв претензии Минфина и Минэкономразвития к вероятному раздуванию госаппарата.
Однако по роковой случайности параллельно с подготовкой этой реформы был арестован начальник отдела регулирования лесных и земельных отношений на ООПТ Альберт Резяпов, подпилив шансы госпожи Макановой на долгожданное повышение (кстати, январское оживление в СМИ насчёт уголовного дела удивительным образом совпало с изданием постановления Правительства о седьмом заместителе министра).
А после за сферу ООПТ предметно взялся вице-премьер Дмитрий Патрушев, весьма придирчиво рассмотрев её на выездном совещании в нацпарке «Плещеево озеро». Последнее обстоятельство вселяет огромную надежду на то, что крупнейшая в мире заповедная система России наконец-то обретёт достойное себя управление — даже без создания отдельного федерального агентства.