Время от времени мы расписываем самоочевидные казалось бы вещи и сегодня как раз такой момент: поговорим о расхожем тезисе, что СССР развалился из-за проклятой статьи в Конституции, дававшей право на выход из состава государства.

Неизбежен тупой вопрос - почему эта статья сработала не в 1987, 1948, 1976 годах? Очевидно потому, что тогда республиканские номенклатуры еще не дозрели до самостоятельности и запроса на полную сепарацию.

К 1991 году дозрели, кстати, тоже не все. Однозначно это можно сказать лишь о прибалтах. украинцах, во многом о грузинах и азербайджанцах - но последним сильно помог дозреть Горбачев своей гениальной тактикой "применять насилие, спрыгивать с ответственности". Россия бодалась за разумные рамки своего суверенитета в Союзе - но вышло так, что этот суверенитет был несовместим с жизнеспособностью федерации.

Появляется вопрос: что было бы, если бы названные номенклатуры дозрели до сепарации, но не имели формального права на выход? Они бы направили свою политическую мощь на влияние в центре - до тех пор, пока не смогли бы выйти из Союза явочным порядком. Собственно, это ответ на вопрос, чому не 1976: занимались лоббированием своих интересов внутри Союза, чтобы накопить мощь, достаточную для сепарации.

А если бы у них были бы промблемы с самим наличием институций своих наций? Во-первых, это тяжело предположить, во всяком случае относительно прибалтов - из-за доктрины Стимсона. Во-вторых, невозможность проявить свою субъектность через легальные институции породила бы нелегальные - в которые украинцы и прибалты, как показал 20 век, умеют более чем неплохо. Говорить с собратьями по структуре и говорить с братьями лесными, за которыми стоит вся мощь их народов и в близкой перспективе - воля Запада - очень сильно разные задачи.

И тут мы находим функционал национальной республики в северной Евразии. В случае доброкачественного кризиса государства через них можно найти точки согласия народов при построении посткризисной политии. В случае злокачественного кризиса благодаря им можно разойтись без крови либо с малым количеством оной.

Здесь может появиться контрдовод с опорой на Югославию: республики были и государство после 74 года было фактически конфедеративным, но резни это не предотвратило. На это тоже есть ответ: расход как таковой прошел почти мирно. Собственно югославским конфликтом была десятидневная война в Словении, исход которой определил саботаж Президиумом СФРЮ потенциала действий югославской армии. Уже конфликт в Хорватии был в сущности не борьбой за целостность страны, а спором двух национальных проектов - хорватского, исключавшего сербские политические единицы в составе государства, и "сербославского", предполагавшего становление сербоцентричного государства ВМЕСТО СФРЮ.

Иными словами, как раз наличие республик позволило разойтись спокойно. А дальше началась борьба между отдельными национальными амбициями. И наиболее кровавой она оказалась там, где два относительно успешных проекта какое-то время пытались игнорировать существование, право на субъектность третьего - боснийского.

Соответственно, иметь в десигне государства пункт о вольности республиканской это если и плохо, то в очень ограниченном, зависимом от баланса сил в моменте масштабе. А НЕ иметь выраженных легальных политических институтов составляющих политию наций, игнорировать их субъектность - крайне плохо и чревато большой кровью