Посмотрела «Дьявол носит Prada 2»

🌚и мне понравилось: отлично попадает в нерв эпохи

Ключевой темой стала не мода, а выживание медиа в нынешних условиях.

В ностальгии не было бы смысла, если бы журналисты по всему миру не ощущали себя героями некролога, зажатыми в тиски новыми условиями медиарынка. Этот крик души мы и слышим из уст героини Энн Хэтэуэй. Она успела стать журналисткой-расследовательницей и теперь уволена вместе со всей редакцией, даже несмотря на журналистские премии и серьезный вклад в жизнь общества.

Между расследовательской журналистикой в мире политики и экономики и публицистикой в глянце всегда был конфликт. Даже здесь героиню то и дело спрашивают, когда же она вернется к «серьезной работе». Этот конфликт знаком каждому студенту журфака.

Но если раньше — во время выхода первой части фильма — журналисты глянца действительно сидели в комфортном офисе, размышляя, когда слетать в Париж и какую сумочку купить, в то время как социальные репортеры работали в горячих точках или становились героями криминальной хроники, то сейчас все они оказались в одной лодке.

Глянец давно не вне прицела. В России он оказался даже менее устойчив, чем мир социально-политической прессы. И это ощущение конца света на рынке, увы, объединяет журналистов из разных сфер.

Это уже не частная история личного выбора между карьерой и личной жизнью, между жесткостью и эмпатией. Это история о том, как этот выбор усложнился под прессингом рынка, политики и ситуации в обществе.

Мир медиа за 20 лет изменился настолько, что это само по себе создаёт новый конфликт.

И в этой цепочке все персонажи — от босса до младших сотрудников крайне уязвимы. Им постоянно нужно доказывать свою ценность и убеждать других, что они достойны занимать свое место. В эпоху соцсетей и таких экономико-политических пертурбаций мало что остается в зоне их контроля.

Это кино могло бы оказаться очень грустным. Но в итоге оставляет приятное послевкусие. Почему? Потому что на 2 часа нас погружают в заманчивую иллюзию. Издание, которое могло скурвиться до неузнаваемости с новой экономической моделью, получает огромный бюджет практически без каких-то серьезных обязательств. Предательства прощают. Тех, кто заслуживает лучшего, вознаграждают. Мне кажется, даже озеро Комо появляется там просто для какой-то раскайфовки и ощущения чуда жизни, которое в реальности не случается.

Многие мои коллеги писали, что разочаровались в героине Хэтэуэй, мол, она так и не стала зрелой женщиной, а осталась тревожной девочкой на побегушках. Честно скажу, я такого в фильме не увидела. Мне, напротив, понравилось, что герои довольно сложные. Абьюзерка Миранда здесь гораздо глубже, чем просто агрессивная управленец-карьеристка. За мотивацией Энди я вижу не стыд и тревожность, а чуткость к тем, кто рядом, и попытку балансировать между своими интересами, и интересами других. В общем, какого-то разочарования в ней у меня не было. Может, потому что я ей никогда и не очаровывалась.

В целом даже в фильме шутят про то, что все это похоже на стокгольмский синдром: как и в первой части, здесь Энди снова рядом с Найджелом, снова попадает в модную столицу, снова включается в закулисную борьбу ради Миранды. И остается вопрос она же давно уже знала, как работает эта система, но зачем она снова решила её обслуживать? И мне кажется, что тут довольно простой ответ: да просто потому что она неидеальна. Мне показалось, что в первой части она убежала от системы, которая бы ее сожрала, во второй же части она знает, что способна выстоять — она уже сформированная личность и этому миру придется с ней считаться. А выбор, который она делает, не обязан быть идеальным, как любят в мире журналистики.

И, конечно, бальзам на душу — что все «избегашки» в этом фильме потеплели и стали ценить близость. Это меня, наверное, больше всего порадовало. Потому что единственное, что мы можем противопоставить жизни в сложные времена — теплый человеческий контакт и взаимовыручку.