Тебя ругала мать за термос, за верёвки, за… Господи! за то что в луже промочил ты ноги! Но как же можно, как же можно по лужам в детстве не ходить? Не прыгать через них? А по чему ещё ходить? Через чего же прыгать, как не через лужи?
А я умру когда, возьму с собой на память ржавый гвоздь, чертырехлистный клевер, старый ключ и перышко рябое, что ты мне подарил, автобусный билет счастливый, чертов палец.. и если ты пойдешь со мной — тебя.

«Пойду», — подумал он.

«Убить Бобрыкина», Саша Николаенко