Иван Иванович в это время занимался своими бумагами, как внезапно в его кабинет влетела... Валькирия... Иначе нельзя было назвать эту высокую женщину в косухе, с цепями, тяжеленных сапогах, вызывающим ярко-фиолетовым макияжем, коротким ëжиком и уничтожающим взглядом из-под густых ресниц.
- Извините, вы - чья-то сестра? - руки директора слегка тряхнулись.
- Берите выше - мать!
- А чья?
- Клары Карловны! Не помните ли, что сегодня отчитывали еë за септум? Ну вот, я готова к разговору!
- А, вы, значит, Булатова-Цукерман? - глаза Ивана Ивановича заметно округлились. Не такой он видел на линейке матушку Кларочки. То была улыбчивая тëтя в официальном костюме с макияжем "без макияжа" и в парике с длинными чëрными волосами и прямой чëлкой. А тут пришло... Такое...
- Всë, теперь вопрос закрыт! Больше претензий к вашей доче я... Не имею!
- А У МЕНЯ ОСТАЛИСЬ ВОПРОСИКИ! ОЧЕНЬ МНОГО! ОСОБЕННО К УСТАВУ, НА КОТОРЫЙ ПОЧЕМУ-ТО НИКТО НЕ ОРИЕНТИРУЕТСЯ! - Эмма плюхнулась на диван напротив директорского кресла, закинула ногу на ногу.