— Такого мне ещё никто не говорил, — смеясь отвечает он, лишь на секунду отводя взгляд от раскрасневшегося лица. — А какая из? Мне больше нравится сладкая, но тебе, как я помню без сахара.

О нелюбви Нила к сахару Эндрю знает со своего первого стрима просмотренного стрима. Тогда он был не один, а вместе с какой-то девушкой, чьё имя Эндрю не потрудился запомнить, приходя больше для того, чтобы посмотреть на симпатичного парня, найти причину почему же его так тянет к нему, почему он не может пролиснуть его видео и наконец-то успокоиться. Все чувства испытываемые сейчас были похоронены под гнетом желания стать больше и сильнее. Наконец-то обзавестись твервым панцирем, что может защитить от бед и дать нормально выспаться по ночам, перестав ожидать, что темнота явиться к нему. Но стоило какому-то пареньку по ту сторону экрана нанести на свои веки херову тучу блёсток, видимо этим самым совершив над забытой могилой воскрещающий ритуал — сердце начало стучать гулко, подавая признаки существования существования одного чувства, которое Ромео с отвратительной слащавостью освещал в своих поэмах просвещенных девушке из вражего дома.

— Они почти не отличаются! — возмущается Нил, и от того как расслабились его плечи в груди становится тепло, даже его семья спустя столько лет поженных вместе не может выдохнуть.

— Отличаются, без сахара она более отвратительна.

— Конечно, как же я мог забыть о том с каким сладкоежкой разговариваю, — бормочет с улыбкой он, устраиваясь на постели поудобнее. — Я едва не заработал диабет от твоей фотографии с горячим шоколадом на конференции перед матчем. Как тебе вообще это разрешили пронести?

— У меня есть рычаги давления на этих идиотов.

— Теперь буду знать кому сплавить все чупачупсы из того огромного набора, я снимал видео, как оказалось ты даже комментарий оставил.

— Да, теперь наконец-то смогу забрать их.