Эндрю с Нилом делят один шкаф на двоих. Поначалу Эндрю по привычке тянется только к своим вещам и даже не замечает этого. Проходят месяцы совместного пользования одними полками, прежде чем граница между «моё» и «твоё» начинает стираться. Нил же, напротив, привыкает сразу. У него нет никаких проблем с тем, чтобы таскать одежду Эндрю, поскольку он никогда особо не заморачивался о том, что носит. Его мало волновало — его это вещь или чужая.

После вечернего душа Нил плюхается на кровать рядом с Эндрю лицом в матрас. На нём старые шорты — «старыми» они стали только после того, как Эндрю наконец заявил: «хватит позориться и носить эту тряпку на улице», и одна из футболок Эндрю, которую Нил спёр несколько месяцев назад. Теперь это уже целый ритуал: стоит футболку постирать, как Нил успевает забрать её раньше, чем Эндрю вообще заметит её среди чистого белья. Из сушилки она отправляется прямиком на Нила.

Из любопытства Эндрю цепляет пальцем резинку шорт Нила и оттягивает её вниз ровно настолько, чтобы заглянуть под них. Увидев собственные боксеры, он тихо хмыкает.

— Ты мне все трусы растянешь.

Нил фыркает.

— Так перестань их носить.

Он кладёт руку на живот Эндрю и утыкается носом в тёплое местечко над его сердцем, после чего поднимает голову, встречаясь невозможной синевой своих глаз со спокойным карим взглядом Эндрю. Тот приподнимает бровь в ожидании. Ничего не говоря, Нил закидывает свою ногу на его и уютно устраивается, по-видимому, найдя самое удобное положение.

— А ты растягиваешь мои футболки.

— Нельзя растянуть то, что и так висело на тебе как грёбаное платье, — парирует Эндрю.

Нил лишь недовольно сопит. Эндрю прекрасно знает, что Нил в курсе, как сильно ему нравится его запах. Даже спустя столько лет совместной жизни, когда вся их одежда уже давно пропиталась одним и тем же похожим ароматом, сам Нил по-прежнему пахнет именно Нилом. В этом запахе есть что-то тёплое, что-то, едва уловимо напоминающее дешёвый одеколон вперемешку со свежевыстиранным хлопком, впитавшееся в ткань футболки, которая когда-то принадлежала Эндрю. Но сильнее всего этот запах ощущается не в одежде. Он прячется в тёплой коже за ухом Нила. Каждый вечер перед сном Эндрю утыкается туда носом и тихо вдыхает до боли знакомый аромат человека рядом. Что-то осязаемое. Что-то постоянное. Что-то, что впервые в жизни ощущается как дом.