😈😈😈😈😈😈😈😈 🕷

Солнце всегда являло собой ложь, скрывая звезды и темноту космоса за голубым небом. Своим светом, на рассвете, отгоняло мысли о невозможном, давало лихую надежду на нечто новое, на свершения, что под покровом темноты кажутся совершенно бессмысленными и ненужными никому во всей вселенной, что уж говорить о других. Ночь же хранила тайны, не выданные мысли и слезы, ветром засушенные на покрасневших щеках. Нил любит эту темноту. Его костюм почти сливается с ней и способность становится невидимым была не нужна в такие свободные мгновения жизни. Но все приходит к концу и с родной вселенной после потери матери приходится попрощаться. Охота на его душу не стихает, а лишь усиливается, поднимая с самого дна воспоминания о бегах, от параллелей с которыми становится почти смешно. Если бы он знал, что жизнь приведет к такому исходу — то сдался бы отцу, чтобы больше не устраивать другим людям столько ненужных проблем. Горло сжимается от одной мысли о смерти.

— Прекрати, — фыркает Эндрю рядом и кидает в него запечатанный бургер из ближайшего Макдональдса, такие уже не продают в его вселенной и встретить их вновь кажется приветом из прошлого. Когда он еще жил прежней жизнью на свободе, со своими друзьями и вечерними разговорами с мамой, мигающей лампочкой на кухне. Нил ловит свёрток без особых усилий и кладет себе на бедро. Пахнет аппетитно, но живот скручивается в узел, а неприятный комок подбирается все ближе к горлу, застревая, вызывая тошноту от, казалось бы, приятного запаха. — Твои мысли херово действуют на меня.

— Прости, — шепчет Нил и устремляет взгляд вниз.

Под ними раскинулся Нью-Йорк, сверкая другими вывесками, другими звездами, лишь люди, словно муравьи, остаются неизменными. Каждый из них куда-то вечно спешит, буравя взглядом пол. Нил тоже был таким, закрытым, со сгорбленными плечами и нежеланием кому либо открываться. Так было до укуса. Глаза сами находят Эндрю и каждая мышца, каждый нерв, расслабляется от одного вида сильной фигуры в обтянутом костюме. Так было до Эндрю. Их знакомство не шибко задалось с самого начала и видеть этого сильного парня рядом с собой — мечта, которая сбывается с каждым восходом Солнца и Луны над земным шаром. С каждым перемещением по разным вселенными он выбирает такую ошибку, как Нил, выбирает тратить драгоценные секунды, минуты, часы, на такого как он.

В лицо летит картошка фри.

— Пялишься, — цедит через зубы Эндрю и хохлится, как будто желая пропасть из-под взгляда Нила. Но даже если бы он был невидим — Нил бы нашел его.

— Прос-

— Что с тобой происходит? — Эндрю прижимается ближе, его тепло проходит через слой костюма, греет лучше Солнца. — Ты вроде как должен болтать о том, что мы встретились с нашими двойниками. Ума не приложу почему я оказался зараженным каким-то болтливым пришельцем, а ты это ты, только в костюме классического Питера Паркера.

— Может потому что тебе идёт быть супер сильным? — ухмыляется Нил, кладя голову на представленное плечо, зарываясь Носов в основание шеи. Этот естественный запах Эндрю был приятнее любого парфюма, и успокаивал куда лучше прописанных ему успокоительных.

— Ага, а тебе стоит быть более болтливым, — Эндрю вздрагивает, когда Нил оставляет смазанный поцелуй на чувствительной коже и слегка улыбается. Груз падает с души и он остаётся таким легким, таким счастливым. Эндрю делает его таким, но он не заслужил этого. — Отвечай на вопрос.

— Ты уверен, что хочешь знать ответ? — Эндрю не отвечает, смотрит на осуждающе и коварно щиплет за не в чем невинный бок! Нил тихо смеётся. Эндрю ассоциируется со злым, но таким заботливым котом, который делает вид, что абсолютно не переживает за своего хозяина, но когда тот с опозданием приходит домой — бросается на него с недовольным мяуканьем. Теперь Эндрю точно так же пытается вернуть Нила на орбиту, забрать от размышлений, которые забивают и без того глупую голову.

— Ты знаешь ответ, — все же отвечает Эндрю и Нил чувствует мягкий поцелуй, оставленный в волосах. — Я хочу знать о тебе все.