Историография запахов полна ресентимента в связи с повсеместным засильем визуального. За ресентиментом следует вытеснение: историки запахов редко обращаются к визуальным свидетельствам. Столь же редко попадаются удачные примеры использования и интерпретации визуальных источников для восстановления ольфакторной стороны дела, и вот один крайне удачный пример наконец попался.

Большой академический дядя Марк Смит написал как-то небольшую заметку для Смитсоновского музея американского искусства. В заметке он обсуждает две фотографии, сделанные пионерами американской фотожурналистики Тимоти О’Салливаном и Александром Гарднером после битвы при Геттисберге. Возможно, стоит уточнить, что битва эта состоялась 1-3 июля 1863 года и стала, как говорится, переломной в ходе Гражданской войны в США. На одной фотографии видим трупы солдатов сил конфедерации, собранные под закапывание на окраине леса Роузвуд, на второй — мертвых лошадей 9-ой массачусетской батареи капитана Джона Бигелоу.

Што нам мертвые конфедераты, спросите вы. На фотографиях, предложенных Смитом, стоит середина лета. Для этого не обязательно знать, что вообще там изображено, достаточно просто заметить полные зелени деревья и высохшую траву. Трупы солдат лежат в плотной шерстяной форме, легко видеть несколько слоев одежды на каждом. Прежде, чем их донесли до Роузвуд, они пролежали на солнце несколько дней. С лошадьми происходит точно то же, только крови из них выливается больше. Засохший пот на форме, засохшие кровь и дерьмо на форме и земле, гниющие под солнцем тысячи трупов людей и зверей. Даже во времена, когда мясо еще не клали в холодильники, а канализация была диковинкой, сопровождавшее битву зловоние было невыносимым для наблюдателя*.
*Стоит отметить проблему с самим словом «наблюдатель», тоже нагруженным визуальными коннотациями; можно называть такого персонажа bysmeller йо.

Эти фотографии пахнут и вообразить из запах нетрудно. С их помощью Смит разбирается с дневниками сестер милосердия, работавших при Геттисберге. Отлично. Мы просматриваем визуальные свидетельства как деодоризированные, хотя историческому воображению не повредит немного внимания к деталям, не повредит продление этих деталей даже в знакомом нам ольфакторном опыте. Конечно, это очень простой пример, не требующий большого знания контекстов, материалов, практик и тактик. Дальше — интереснее, и можно придумать себе максиму if you see something, smell something, например.