«Теперь я отчетливо понимаю, каким волнительным был тот период моей жизни, когда я наконец признал и принял существование моего тела, понял его силу. Помню открытия, которые я сделал: запахи цветов, фруктов и растений, запахи их гниения, восхитительный запах конского навоза, смешанный запах земли и дерьма в маленьком деревянном туалете, стоящем в саду под раскидистой бузиной, вкус дикой клубники, которую я собирал на берегу, запах грибов, боровиков — в особенности, запах кур и запах крови, запах котов и собак, запах мякины и масла, запах кипящей воды, животного и человеческого пота, табака моего деда, запах половых органов, едкий запах вина и тканей, запах опилок, запах моего собственного пота», пишет в автобиографии Луи Альтюссер, готовый нюхать что угодно, кроме «невыносимого запаха матери» и «отвратительного запаха кожи Элен». Догадывался ли об этой интересной смычке врач Высшей нормальной школы, назначивший Альтюссеру психиатрическую экспертизу после убийства Элен Ритман? Столько томов написано, а ведь достаточно было понюхать.