«Если виниловый проигрыватель – для меня,
то, наверно, виниловый выигрыватель – для тебя…» –
так я думаю, стоя в огромном, бордовом излёте дня
с футляром под мышкой, какой-нибудь хлястик на нём теребя.

Подъезжает автобус, воздуха расковыривая желе –
в нём, как в советской плёнке – подрагиванье ресниц,
я меняю пластинку с Аббой на заведомо несчастливый билет
у водителя, чей маршрут никогда не имел границ.

Я даже не гляну в цифры, опять предреку войну,
скомка́ю и выброшу или сложу в карман…
«Патефон с нофетапом, – думаю, – в сплетении потому
образуют свечение, что дорога всегда одна,

хоть и встречные полосы…» «Восемь» из неоновых бус
на стёклах – сплошь лобовых – заменяет любой портрет,
магнитола поёт во все стороны, и я монотонно бьюсь
о стекло, маскируясь в дожде бесконечность лет.