Барды за нардами били морды,
брали себе бутерброды «за кой-каким надом!» –
да, так и шутят, а после ходят в палатки, по бабам,
а потом умирают, гитарным становятся перебором,
а другие барды омоют гитары слезами –
потому-то и говорят о «струнах души», –
а потом, под вечер, уносят их в камыши
и сплавляют по речке, всхлипывают и вздрагивают,
да и сами, чего уж там говорить, обернутся они камышами, –
и ветер перебирает их, из них извлекая сонаты,
а потом прибегают мальчишки и прутиками рубят в салат их,
ну а что с них возьмёшь – мышата!

В реку, где устье, с крестиками и свечками
заныривают гитары, в палаты Царя Морского
выстраиваются в очередь – в объятья Садко,
на каждой бренчащего Визбора бесконечно.