​​Жизнь Айн Рэнд в Петербурге (Часть 2).

Отношения с отцом у Рэнд было гораздо лучше. Первое детское воспоминание: она сидит в отцовском кабинете, а за окном грохочут первые в России трамваи. Папа объясняет их устройство, а она радуется, что все понимает. Однако, ей и в голову не приходило, как близко она была к проявлению американского капитализма: трамвайные линии Петербурга были проложены американской компанией Westinghouse.

Отношения с матерью, напротив, портились. С раннего детства Айн оказалась в эпицентре семейных конфликтов — Анна соперничала с мужней сестрой. Жили они в одном доме, в каждой семье было по три девочки. Айн была незаурядным ребёнком, чем не забывала хвастаться ее мать, расхваливая ее на званных вечерах, но, когда они оставалась один на один, все было иначе. Она ругала Айн за неспособность заводить друзей, за нерешительность, за отстранённость. «Почему у тебя нет подруг?» — этот вопрос, как вспоминала позже Айн, стал навязчивым заклинанием. Подчас критика со стороны матери переходила в приступы ярости: она намеренно ломала ногу любимой детской куклы или отдавала лучшие игрушки Айн в детский приют. Она могла в открытую при детях сказать, что никогда не хотела их иметь, что сделала это из обязательства, а отец, предпочитающий в свободное время играть в вист, совсем не заботился о погоде в семейном доме.

После обучения на дому Айн отдали в гимназию, где владычествовали царские порядки. Замкнутость девочки все больше стали проявляться: ее не заботили игры и сплетни: «Я была застенчивой, потому что просто не представляла, о чем мне разговаривать с людьми», — писала позднее Рэнд. — «Детство — это самый худший период в жизни человека». Пока она училась в гимназии, то справлялась с помощью фантазий: представляя себе Екатериной Великой. Как и императрица, Айн считала себя избранной. Другой отдушиной были французские журналы. На их страницах она открыла для себя вечные истории о рыцарстве, любви и Прекрасной Дамы. Именно тогда она и начала сочинять собственные истории, которые позже зачитывала младшим сёстрам.

Любимый предмет в гимназии — арифметика. Логика и точность математических наук покорили ее разум. А ненависть к зубрежке заставили ее изучать материал с опережением, что позволяло писать свои первые опусы на уроках: сценарии с 8 лет, а прозу с 9.