​​Жизнь Айн Рэнд в Санкт-Петербурге (Часть 1).

Алиса Розенбаум родилась в 1905 году в Петербурге. Отец — Зиновий Захарович — был человеком "self-made". Он закончил Варшавский университет в 1899, где получил ученую степень по химии. А через несколько лет стал управляющим аптеки (сначала на нынешнем Московском проспекте, затем на Невском). Мать — Анна Борисовна (или Ханна Берковна) — из зажиточной еврейской семьи, имевших связи в Минобороны Российской империи. И мать, и отец были из т.н. светских евреев: дома разговаривали по-русски, отмечали только крупные религиозные праздники, а дочери получали только светское образование по тогдашним канонам: немецкий и французские языки, лучшая гимназия, фортепиано, гимнастика и т.д. Но и на этом они не останавливались. Розенбаумы учили своих детей, что цивилизация и культура находятся только на Западе, одним из примером такого крайнего проявления был запрет на чтение русской литературы. Помимо этого они выезжали за границу, в частности, в Швейцарию и Австрию, когда Айн было 9 лет.

С самого раннего детства Айн Рэнд проявила себя неординарным ребёнком, разрушающим вокруг себя общепринятые нормы. В первую очередь это было связано с конфликтами с матерью. Когда семья Розенбаумов решили переехать на Невский проспект, дети какое-то время были вынуждены жить у родственников. По возвращению, Айн попросила мать купить ей мини-блузку, которую увидела у старших кузин. На просьбу последовал отказ, так как Анна считала, что девочки должны воздержать от подобных вещей. Для маленькой Рэнд этот отказ получил огромный отклик, о котором она помнила и спустя полвека.

Другой случай: Анна часто устраивала встречи гостей и во время сервировки стола, Айн, скорее всего в порядке эксперимента, попросила налить ей чашку чая. Ответ был также отрицательный: детям пить чай нельзя. Тогда Рэнд воздержалась от прямого столкновения с матерью, но задалась вопросом: «Почему они не позволяют мне иметь то, что я хочу?». И сделала вывод: «Когда-нибудь у меня это будет». И возможно именно тогда и зародилась философия, которую мы знаем, как объективизм.