- Год назад я, глядя на то, куда нас понесло, я пребывал в настроении , подобном на видео.

Сегодня только устало усмехаюсь.

Но слова повторяю те же.

Когда россияне заходили в феврале 22, у них только считанные люди из 330 тысячной группировки имели боевой опыт.

И то - какой-нибудь Сирии, что по сравнению с нынешней войной - детский сад шестая ясельная группа.

У нас же только ветеранов АТО/ООС было под 300 тысяч.

Поэтому, мы их делали как сынков, и если бы не их радикальное превосходство в материально-техническом обеспечении, вооружении и военной технике, в принципе закончили бы войну их разгромом.

Когда они сообразили, чем пахнет, они провели мобилизацию и превратили 300 в шестьсот.

Но мы четко удерживали превосходство на тактическом уровне - за счет боевого опыта и слаженности старых бригад.

Что произошло за полтора года?..

За счет наличия объединений постоянного состава (армейский корпус, дивизия, армия) их штабы ускоренными темпами приобретали оперативный опыт - самый важный и сложный на войне, соединяющий тактику и стратегию, самый сложно приобретаемый и самый легко теряемый - ключевой во всех отношениях.

У нас верхний потолок соединений постоянного состава - бригада, тактический уровень.

Дальше идет сборная солянка штабов, где люди, меняются, ротируются, пернформатируются, сокращаются, раздвигаются - в общем, это примерно так же, как если бы у ваших детей были бы сменяемые раз в несколько месяцев родители, которые руководят не своей семьей, а приданными детьми и имуществом.

В армии один из главных принципов - патернализм, семейственность.

Объединения постоянного состава - это «свои», семья, а сборная солянка полчиненных чудовищному с военной точки доверия калеке «штаб ОТУ/ОСУВ» - всегда - ЧУЖИЕ. Не «наши», а «они».

Духа корпуса нет, опыт размывается, применение - «…та, новых пришлют».

Российские штабы оперативного уровня два с половиной года накапливают соответствующий опыт - обезьяна научится, даже если изначально не было вообще ни ума, ни способностей.

Они по-тихоньку начали перебирать на себя одеяло на оперативном уровне.

Доказательство - они осуществляют оперативный маневр по внешним линям, быстрее, чем мы по внутренним, что технически невозможно, если бы у нас все было по уму.

Быстрее маневрируют, быстрее сосредоточивают усилия, быстрее реализуют полученные результаты.

Некоторое время мы еще брали лучшей тактической выучкой.

У россиян такая манера применять войска, что они просто не успевали получить тактический опыт - погибали.

Но потом произошли три чудовищные по своей глупости и последствиям наши ошибки.

1. Дивизии и армии так и не были созданы.

Созданы армейские корпуса, но по принципу - плохо, мало недостаточно.

Да и набираться им опыта командования с набитием шишек - не меньше года .

Наши верхние генералы привыкли кивать на НАТО, но в армии США - дивизии и полевые армии, в армии Турции - дивизии и полевые армии, в армии Франции - дивизии, армия Израиля - дивизии.

У меня есть предположение, что наши верхние генералы просто не хотят иметь средний генеральский состав, касту, которая не даст им заниматься микроменеджментом (вмешиваться в дела отдельного взвода) и не дадут проводить мясные штурмы/обороны - основной способ действий, принятый, увы, в ЗСУ.

Ровно та же ситуация, что со старыми бригадами - легче наорать и снять комбрига, который не дает убивать бригаду, и наплодить новых бригад, безропотно подчиняющихся, чем иметь твердый оперативный костяк со своими традициями и мнением.

2. Отсутствие надлежащего темпа мобилизации в течение критических семи (!) месяцев с начала дискуссии о новом законе, потом - его принятии.

Отсутствие новых людей в войсках заставило нас стачивать старые, сложенные боевые организмы.

После понесения 50 % потерь слаженным, кадровым ядром, бригада теряет изначальную боеспособность и резко проседает в уровне.

Именно это мы сделали со старыми бригадами, которые могли и наступать и обороняться по уму, нанося противнику огромные потери.