Сказ о том, как литейщик горел, но не выгорал. Мистическое благословение одинокого старика. Покорение вершин через преодоление и вопреки. И другие уроки этого лета.

1. 29 мая, в пятницу, даже после торжественного закрытия Литейного Интенсива я не позволял себе расслабиться.
Уже пришло осознание, что мероприятие прошло выше ожиданий участников и организаторов, уже появилось ощущение накапливающейся в "дамбе" радости достижения общественно значимого результата. "Наркотический приход" случился на следующий день. Я выехал из отеля домой и несколько раз останавливался на обочине, чтобы эмоции, которые срывали башку просто от хорошей музыки, не привели к аварии. Я вспоминал, как накануне взрослые мужики-директоры, хмурые в обычной жизни, благодарили со слезами на глазах. Как ощущалось единое сильное племя производственников, как мы нашли ту самую букву "И", которая объединила многих. Я чувствовал, как кредитный рейтинг в моем дофаминовом банке взлетел до небес. Я горел, но не выгорел, точнее, топлива стало больше. Подобное я испытывал несколько раз в жизни, по особо значимым достижениям. В этот раз мы собрали 300 человек в кризис и достигли поставленной цели: принесли максимум возможной пользы участникам конференции. Среди многих маркеров успеха были стертый в кровь мизинец от обручального кольца и крепких благодарных рукопожатий (эта мозоль потом еще долго заживала), просьба двух участников конференции выставить счёт на оплату участия уже после события (хотя изначально мы согласовали их участие без оплаты и ни на что не намекали).

Похожую радость победы я испытывал в 2014-м году, когда были успешно сданы заказчику первые сложнейшие габаритные алюминиевые отливки после полугода напряжённой работы команды и сборки в единое целое 25 стержней и уймы арматуры из целой фуры оснастки ХТС. Но потом наступила апатия и тоска: мне казалось, что больше никогда в жизни не будет такого сложного и интересного проекта. В этот же раз все было по-другому.
Я научился авторизовать результат и высматривать следующие вершины. Это важная техника в нейролидерстве.

2. Перед конференцией я думал, что мне придется восстанавливаться длительным отдыхом. По факту мне хватило одного дня замедления. Это такое состояние, когда никуда не бежишь, не ставишь приоритеты, а просто живёшь моментом. И если в субботу я ещё решал задачи: провожал жену с ребёнком в аэропорт, занимался проблемами среднего сына, встречался с командой конференции для рефлексии, и распрашивал русскоязычных ауровильцев (индийца Сатьявана и француженку Фанни) в ходе вечерней прогулки по Москве и первого визита в Россию об их философии самоуправления и причинах любви к Булгакову, то воскресенье я начал в одиночестве и была возможность максимально замедлиться. Я много гулял и, присев на скамейке у озера в своем подмосковном Раменском, не считая времени, выслушал одинокого старика. Причём, подбадривая уточняющими вопросами. Из деда, после 10 минут молчаливого совместного созерцания, начали выходить поочерёдно обида на происходящее, токсичность какая-то, а после полилась чистая речь жизненных историй и мудрые слова. Словно кран святого источника давно не открывали. После были теплые рукопожатия и благословение при прощании. В этот день замедления я также обошёл те места в городе, где деревья помнили меня ребенком. Долго стоял у здания школы, в которой учился. А к вечеру, также без суеты приготовил на углях рыбу с картошкой для родителей. Мы поужинали, посмотрели добрый фильм. И я заснул в отчем доме самым крепким сном за последний год.

3. Уже в первую неделю июня я впрягся в проекты в Литмашдетали. Мы, вопреки ужасной ситуации в машиностроении в целом, получили несколько крупных заказов, причём гражданских. И лето выдалось жарким для всего коллектива. Рекордные объёмы дались легче обычного, т.к. заказы были разного характера и дали равномерную загрузку всего коллектива.
Плюс участие в ГЭК при защите литейных дипломов в Бауманке.
Также попал на защиту к прочнистам и договорился о трудоустройстве к нам аспиранта с предоставлением ему темы диссертации.

Продолжение в комментарии 👇