при случае а в остальном ни-ни
как на весло цветущую волну
наматывай чахоточное слово
заразную его голубизну
его чуму из лазаретто нуово
наглядных ласточек червивого дождя
сквозь заданные точки несвободы
и небосводы пристально следя
я жду на пристани я хлеб бросаю в воду
дежурят песьи головы на дне
не оставляя дней тебе и мне
глотают мякиши заходятся слюнами
от страха неизвестности страны
откуда ни один ни даже мы
в начале обещавшие но с нами
понятно все без нас не будет нас
кто старое помянет тому глаз
довольно беззащитного ума
ответ разгадка сон зима зима
В издательстве Ивана Лимбаха вышел сборник Дарьи Мезенцевой «(Не)прямые речи». Алексей Порвин написал обстоятельный текст об этой книге:
Письмо столь высокой плотности неизбежно вызывает тревогу – не иссякнет ли витальность этого поэтического мира под тяжестью культурного архива, не превратится ли живая энергия культуры в статичный «сырьевой запас», а её субъектность – в пассивный «приёмник» чужого культурного кода, парализованный объёмом заимствований? Однако Мезенцева избегает этой реификации голоса радикальной сменой самой модальности работы с культурой. В современной ситуации, когда лотмановская семиосфера предстает пространством накопленного символического капитала, где каждое слово уже колонизировано традицией, а тыняновский «историко-литературный ряд» – мягким, но неумолимым диктатом идеологического аппарата литературы, навязывающего готовые формы, позы и способы мыслить, от поэта – и шире, от художника – требуются действия, направленные на внутреннее перераспределение традиции: захватить уже присвоенные культурой формы, нарушить закреплённые за ними режимы значения и вернуть их в состояние исторической незавершённости, где они перестают быть инструментами воспроизводства нормы и становятся ресурсом её оспаривания. Всё это Дарья Мезенцева успешно осуществляет: для неё канон, миф и классический сюжет – очевидный материал символической экспроприации.
Читайте «Тезисы к ассолизации истории: о книге Дарьи Мезенцевой «(Не)прямые речи» на сайте несовременника.