Пьер Бурдьё — «Экономическая антропология»: постановка проблемы

Задачи Бурдьё в курсе лекций, который мы читаем, можно определить двояко. С одной стороны, он хочет выделить «непротиворечивые основания экономического поведения» (с.11) антропологическую теорию, содержащуюся в дебатах, которые ведут экономисты внутри своей дисциплины. С другой стороны, он собирается контекстуализировать такую теорию в контекст «различных видов поведения» (с.12). Последнее значит показать, что не только экономические соображения влияют на экономический выбор.

Выходит, Бурдьё выделяет антропологию внутри экономики, одновременно впуская антропологические идею в экономику.

Основания поступков людей в экономических дисциплинах объясняются, говорит Бурдьё, исключительно интеллектуалистски. То есть предполагается, что люди принимают в расчёт все возможные исходы и выбирают действовать наиболее выгодным для себя образом.

Бурдьё же, напротив, собирается обосновать другую антропологию, предполагающую, «что для объяснения тех видов поведения, что воспринимаются в качестве рациональных, нет необходимости выдвигать гипотезу, будто их основанием выступает разум или сознательное рациональное намерение» (с.16).

Чтобы показать предполагаемые ошибки, Бурдьё собирается представить нам а)генезис экономически рациональных видов поведения и б)генезис экономических институтов. Этот шаг позволит увидеть, что антропологическая теория экономистов лишена истории. Они, с одной стороны, берут экономически рациональное поведение как появившееся вне истории, не имеющее происхождения и корней в предшествующих практиках. С другой стороны, предполагается, что это поведение встречается на протяжении всего существования человечества (с.16-18). Очевидно, что это две стороны одной монеты: то, у чего нет истории происхождения, существовало всегда.

Показать все эти ограничения позволяет случай дара.
Об этом мы и будем читать дальше уже в эту субботу!