Фолк-поп артистка Пэрис Палома — одна из столпов фем-движения в современной музыке. Два года назад она выпустила злой сборник притч о домашнем насилии и жестокости патриархата — эпический, пафосный, назидательный, но не всегда личный. На The Fatal Flaw концепция переворачивается: это камерный альбом, где главной стала Палома и ее отношения с миром в широком плане. И лишь иногда они перемежаются манифестами с мифологией.

The Fatal Flaw во всех планах степенный альбом. Около половины треклиста — это спокойные, но не скучные песни под гитару и умеренные этнические ударные. Порой Пэрис заходит в электропоп и барочные аранжировки, обращается к агрессивному запалу и фрустрации от гендерных стереотипов — и теперь эти моменты звучат даже более трагически или хлестко («держу букет, как отрезанную голову»). Вокальная манера под Флоренс Уэлч никуда не делась, но Палома не повторяет за нашей любимой темной ведьмой, а держится поближе к народу.

Палома теперь не исчерпывает себя неудачными отношениями с мужчинами — во-первых, она познала нормальную любовь. Образ мужчины не обязательно предстает безжалостным охотником, а тоже может наделяться состраданием, как в песне Bleeding Part of Me, где героине снится сон о параличе и боли — и ее заботливо несут на себе вместо того, чтобы изнасиловать и убить, как было бы еще на дебютнике.

Во-вторых, Пэрис вспомнила, что влюблена в картины и художников. К последним относится и Хаяо Миядзаки, в честь которого назван открывающий трек о силе искусства и его самоценности для отдельного человека. Одна из лучших историй на альбоме в песне Rothko — про абстрактного художника Марка Ротко и то, что нельзя заставить полюбить картину или человека, даже если сильно стараться. Эта мысль развивается в конце альбома: «я плачу над картинами, но не над теми, над которыми хотела» — одна из моих любимых строчек за этот год.

А еще любовь к визуальному искусству и эстетическое чутье Пэрис подарили нам выдающуюся готическую обложку.

Paris Paloma — The Fatal Flaw

Spotify • Apple • Bandcamp • Яндекс Музыка