Логика их звучит так: "Если государство отказывается ставить фильтры, и это приводит к росту преступности, антисемитизма и геттоизации, значит, создание гетто и рост антисемитизма - это и есть изначальная цель государства".

На языке экономики это называется грубейшим смешением целеполагания и отрицательных экстерналий (побочных издержек).

Когда сталелитейный или химический комбинат отказывается ставить на свои трубы дорогие платиновые фильтры и сливает токсичные отходы в соседнюю реку, какова реальная цель совета директоров? Если верить логике Евгения Витальевича, то тайная цель акционеров завода - это целенаправленный геноцид речных карасей и отравление местных дачников.

Но у завода нет цели убить рыбу. Заводу на эту рыбу абсолютно плевать. Его единственная цель - минимизировать собственные капитальные и операционные затраты (CapEx и OpEx) для удержания рентабельности. А отравленная река - это просто побочный эффект, который корпорация цинично перекладывает на внешнюю среду, потому что за очистку воды нужно платить из своего кармана, а за мертвую рыбу и отравленную воду платит местное население.

С миграцией работает ровно та же математика. Рост уличной преступности, культурная несовместимость, шариатские патрули и антисемитизм - это токсичные шлаки от сжигания дешевого миграционного "угля".

Европейский Бэкенд отказывается ставить теологические фильтры не потому, что мечтает об уничтожении европейской культуры. Он не ставит их потому, что фильтр стоит дорого и перекрывает подачу топлива в топку экономики. А все токсичные отходы от этого процесса (уличный криминал и социальное трение) сбрасываются вниз - в спальные районы, на головы обычных розничных граждан. Сами операторы Бэкенда и высшая бюрократия живут в закрытых охраняемых контурах, их дети учатся в частных белых школах, и они с этими уличными экстерналиями физически не пересекаются.

Не нужно искать сложный идеологический заговор и злой умысел там, где работает обычное корпоративное жлобство и приватизация прибыли при национализации убытков. Брюссель отверг тест 1999 года не потому, что он за антисемитизм. А потому, что когда у корпорации горит план по валу, отдел кадров берет всех подряд без чтения проповедей, перекладывая риски поножовщины в общежитии на местную полицию.