Москва лежала в руинах, обвитая лесами и туманом. На площадях, где раньше были памятники и фонтаны, теперь стояли самодельные алтари из бетона и арматуры. Люди приходили туда на службу — не для поклона, а чтобы разминаться.

Молитва начиналась с командного голоса:

— На колени! Вдох! Выдох! Подъём!

И сотня человек синхронно опускалась и вставала под гул мантр, в которых слова о спасении и силе чередовались с подсчётом повторений.

Абсурд? Нет, ведь эта секта пришла из Малаховки. Её утренняя молитва была зарядкой, приправленной текстом Священного Писания, службы — сдача норм ГТО. Говорили, там в древности был фитнес-зал, переживший апокалипсис почти без повреждений. Они называли это место Храмом Формы. Их священники были тренерами. Они не проповедовали милосердие — только выживание через крепкое тело.

В Москве они медленно подминали под себя районы. Сначала предлагали людям защиту и еду — но за это требовали дисциплины. И вскоре их символом стал силуэт человека в позе приседа — вырезанный на стенах бывших ТЦ.

В конце каждой службы звучало общее покаяние:

— Прости нас, Тело, за лень нашу. Дай нам силу.

И снова: вдох. Выдох. Присед.