Бар в порту-19 вонял горелым спиртом и заплесневелыми историями. Арон, техник с Раха, пил в одиночестве, пока к нему не подсели двое пилотов — с виду потрёпанные, с виду свои.

— Ты не знаешь, что творится в Центре, да? — сказал один, приглушённо. — Людей ловят. Встраивают в корабли. Они не живут, они функционируют. Кровь и провода, мозг и ИИ в одном флаконе. Ад под обшивкой. Вечная тюрьма, беспросветный рабский труд.

— Это законно?

— Это Империя. У них нет «законно». Мы — подполье. Собираемся освободить своих. Ты с нами?

Арон не колебался. Наконец — смысл. Боль справедливая. Дело великое.

Через трое суток он внедрился на станцию-конструктор. Обошёл протоколы. Подорвал энергосердце узла. Взрыв вырвал внутренности корпуса, и он вломился внутрь. Там, в центре — человек. Нет, не человек. Пульсирующий сгусток мышц и нейроинтерфейсов. Он дышал в такт двигателям. Он был кораблём.

Арон отключил его. И корабль умер.

Очнулся он в металлической комнате. Пахло чистящим гелем и ложью. Напротив сидели люди в форме «НоваКрафт», чей корабль сейчас был уничтожен.

— Что ты наделал… — сказал следователь, глядя на него без тени эмоций. — Ты вывел из строя опытный экипаж. Он родился в капсуле и сросся с системами, он жил так много лет, и это был единственный вариант выжить с его предрасположенностью и заболеваниями. Он был счастлив. Он не хотел жить вне корабля и не мог - не мог даже есть, ходить и видеть своими глазами.

Арон молчал. Только теперь он начал понимать.

— Ты ведь правда верил, что сражаешься со Злобной Империей? Забавно. «КосмикЛоджистикс» уже второй раз уничтожает нам сотни кораблей, чтобы забрать рынок грузоперевозок. Руками вот таких дурачков как ты.